Chercher la blonde.

Chercher la blonde.

Во все времена блондинки были предметом обожания, объектом самых смелых мужских фантазий. Обладать ими могли лишь боги Олимпа и сильные мира сего.

Как ни парадоксально, но именно сильная половина рода человеческого наиболее подвержена всевозможным слабостям. И чтобы оправдать себя в собственных глазах, мужчины нашли универсальную формулу:«Шерше ля фам». Парадоксально, но факт: все, что случается в жизни мужчин, случается именно из-за женщин. Но не менее парадоксально то, что из-за блондинок это случается намного чаще. И тем не менее, как гласит название старого фильма, «Джентльмены предпочитают блондинок». А потому актуальным сегодня становится лозунг «Шерше ля блонд».

С Олимпа — в массы.


Во все времена блондинки были предметом обожания, объектом самых смелых мужских фантазий, олицетворяя одновременно счастье и рок, соблазн и невинность. Обладать ими могли поначалу лишь боги Олимпа и сильные мира сего. Затем ту же радость вкусили и смертные. А вместе с радостью — и проблемы. Достаточно вспомнить, во что превратилась Троя, — а все из-за златовласой Елены. А прославленный Одиссей — сколько ни скитался по свету, сколько ни тешился с царицами да прорицательницами, а все тянуло его к своей белокурой Пенелопе. Даже родоначальницу человечества Еву великие художники Ренессанса изображали блондинкой.

Современный мюнхенский психолог Стефан Лермер, более двадцати лет занимавшийся феноменом блондинок, назвал светлые волосы «важнейшим фактором флирта». Белокурые волосы для большинства ассоциируются со светом, солнцем и золотом. А свет и золото во все времена считались самым сильным магнитом.

Первая мода на белокурых женщин возникла стараниями великого Юлия Цезаря. Варвары с берегов Рейна не очень-то нравились римскому императору и полководцу. А вот высокие, стройные варварки, отчаянно сражавшиеся вместе с мужчинами против римских легионеров, тревожили воображение императора чрезвычайно. По его приказу при взятии неприятельских городов их не убивали, а брали в плен, превращая в наложниц. А золотые косы пленниц считались ценнейшим подарком, который солдат мог принести с полей сражения. Да и римские матроны охотно вплетали их в свои прически.

В семнадцатом веке, среди светских дам стало принято поверх собственных причесок носить белоснежные парики. Позже они стали предметом этикета, которому подчинились даже мужчины. А в восемнадцатом столетии дошло до того, что «носить» свои, натуральные волосы, и вовсе считалось неприличным.

По следам «белокурой бестии».

 
Из истории философии непреложно следует, что мода на блондинок появилась гораздо раньше моды на материалистическую диалектику. Если «призраком коммунизма» Европа обязана старику Марксу, то идея «белокурой бестии» будоражила европейские умы задолго до того, как Ницше дал ей философское обоснование. Гретхен из «Фауста», Кримгильда из «Нибелунгов», Лорелея — все это светловолосые красавицы, символизирующие одновременно соблазн и опасность, гибель и спасение. 

Наша отечественная литература, со свойственным ей гуманизмом, внесла в отношение к блондинкам новый, оптимистический акцент. В русских сказках, например, если речь шла о зле и коварстве, то олицетворяла их непременно жгучая брюнетка. А если наоборот — требовалась нежность и кротость — тут зови Аленушку, блондинку. А красота и житейская мудрость нашей землячки Роксоланы заставили даже нехристианские народы пересмотреть свои взгляды — не только на блондинок, но и на социальную роль женщины вообще.

Частично лидерство блондинок было обусловлено максимализмом христианских доктрин, тяготеющих к ортодоксальному делению мира на черное и белое. Темноволосым женщинам охотно приписывались повадки ведьм, на которых удобно было списывать такие неприятности, как неурожай, засуха или падеж рогатого скота. Снегурочку же в подобных безобразиях никто бы не заподозрил. И хотя конец бажовской истории далек от хэппи-энда, в глазах общественного мнения женщины-блондинки окончательно получили презумпцию невиновности. А поскольку мнение это чаще всего оказывалось мужским, то истоки его, по мнению ученых, следовало искать в недрах мужской натуры.

Анатомия белого.


Антропологи в один голос утверждают, что предпочтение блондинкам сильному полу подсказывает инстинкт самосохранения. Если в отношениях с себе подобными мужчина вынужден напрягаться, то с рядом с женщинами он, естественно, хочет расслабиться. И чем меньше женщина внешне напоминает ему соперника, тем релаксация вероятней. В плане «безопасности» блондинки внушают куда больше доверия: кожа у них более тонка и эластична, растительность на лице и конечностях практически отсутствует, а на голове значительно мягче, чем у их темноволосых сестер. Соглашаясь с антропологами, мы, разумеется, рискуем: в отмщенье за подобные намеки брюнетки могут запросто забросать помидорами. Ну-ну, не стоит воспринимать все так буквально.

Дело в том, что светловолосость — рецессивный признак, связанный с более зависимой ролью в воспроизводстве. Скорость вырабатывания адреналина — со всеми вытекающими для мужчин последствиями — у брюнеток намного выше, чем у блондинок. А потому с последними как-то спокойней. Возьмите для сравнения два контрастных женских образа. С одной стороны — мягкая и женственная блондинка Клаудиа Шиффер, излучающая доброжелательность и почти доступность. С другой — брюнетка Наоми Кэмпбелл, прочно укрепившая в мужском сознании образ «темнокожей стервы». И если вам все-таки больше по душе последний, можете на этом отложить чтение. Но при этом, учтите, вы окажетесь в меньшинстве…

Блондинки и технический прогресс.

 
Доподлинно известно, что 72% всех мужчин в мире предпочитают блондинок. Безусловно, таким высоким рейтингом они в первую очередь обязаны средствам массовой информации и видам массового искусства, важнейшим из которых, как известно, является кино. Поэтому не случайно эпохой блондинок стал именно наш двадцатый век, в котором эти «катализаторы» достигли своего апогея.

Как и всякая мания, блондомания, естественно, предполагала жертвы. Но жертвы эти всегда были добровольными. «Мужчины вокруг меня… они летят, как мотыльки на свет, но если кто-то опалит крылья, я тут ни причем», — пела божественная Марлен Дитрих в фильме «Голубой ангел». Ее красоту поочередно воспевали Кокто и Ремарк, в нее были влюблены самые влиятельные мужчины ХХ века, включая Гитлера и Хемингуэя.

«Белокурая королева эротики» — так говорили о ней не только французы.


В грезах миллионов советских кинозрителей, в непостижимом коктейле которых смешалась эротика и патриотизм, надолго поселилась Любовь Орлова. Ну, а мужской ажиотаж, возникший вокруг Мэрилин Монро, «блондинки № 1 ХХ века», стал просто хрестоматийным. Миф Мэрилин жив и по сей день. Вот уже более тридцати лет проводится конкурс ее двойников-блондинок, которые с трепетом надевают такие же платья, заученно повторяют ее жесты, копируют ее позы, пытаются изобразить ее очаровательную улыбку и овладеть ее потрясающей походкой.

Надо ли говорить, каким мощным увеличительным стеклом для блондинок стал современный модельный бизнес. Карэн Мюльдер, Надя Ауэрман, Линда Эвангелиста, Даниэла Пестова — эти имена стали сегодня символом особого стиля «блонд». Вспоминая отечественных топ-моделей наш читатель сразу назовет Кристину Красовскую, Аню Шевцову, Оксану Волкову, Аня Лукашенко и многих других украинских красавиц. Кстати о красавицах: в национальном конкурсе «Мисс Украина» в последние годы побеждают только блондинки.

Те, кто часто смотрит телевизор, наверняка замечали, что большинство ведущих различных программ — все те же блондинки. Не случайно в Европе и США из 14 женщин, читающих с экрана новости, 12 — светловолосые. Психологи утверждают, что даже плохие новости легче воспринимаются, если их читает блондинка. В общем, заключив с СМИ «пакт о дружбе и взаимопомощи», блондинки стали флагманом общественного вкуса и окончательно завладели умами современности.

Блондомания: за и против.


Как всякое общественное явление, блондомания обрастала не только яростными сторонниками, но и решительно настроенными противниками, — но при этом никого не оставляя равнодушными. Признанный мастер кошмара, Альфред Хичкок, не скрывал свою необычную одержимость блондинками — он видел в них «самые лучшие жертвы». «Их преимущество в том, — утверждал режиссер, — что пятна крови им удивительно к лицу».

Однозначно непривлекательными блондинок сегодня считают только там, где вопреки цивилизации и прогрессу еще не ступала нога блондинки. А где нет блондинок — нет кино, телевидения, газет, а Мэрилин Монро считают министром сельского хозяйства Южно-африканской республики. Оригинальные впечатления от встречи с блондинкой вынес герой экологического фильма «Боги, наверное, сошли с ума» наивный бушмен. «И тогда — рассказывает он, — я встретил самую некрасивую женщину в мире. Она была такая белая, как будто всю жизнь пролежала под гнилой корягой». Сторонников такой «экологической» точки зрения в общей массе не так уж много.

Хотя, прочие противники «светлой масти» строят свои предубеждения на еще более зыбких доводах. Одни утверждают, что блондинки холодны и неромантичны. Другие настаивают на том, что они глупы и приторно послушны. Как бы ни так! Например, Настасью Кински или Шэрон Стоун фригидными вряд ли назовешь, — что подтверждается хотя бы многочисленностью их мужей и любовников. О страстной любви Марины Влади к Владимиру Высоцкому и вовсе ходили легенды. А знаменитый французский актер Жан Габен, в 1940-м году безумно влюбившийся в Марлен Дитрих, в своих воспоминаниях признавался, что готов был бросить ради этой женщины дом, семью, работу, идти с ней на край света и быть рядом, пока она не покинет его, в чем он был совершенно уверен. В свою очередь Марлен ради минутной встречи с Габеном однажды надела военный мундир и ушла в армию. Узнав, что часть, где служил ее возлюбленный, находится у бельгийской границы, она раздобыла джип и помчалась к нему. Габен помнил об этом всю свою жизнь.

С появлением на киноэкранах Бриджит Бардо во всем мужском мире начался эротический бум. Порой дело доходило до абсурда. К примеру, советская таможня получила директиву Политбюро — конфисковывать у всех въезжающих в страну фотографии знойной блондинки. А в США власти Далласа запретили демонстрацию фильмов с участием Бриджит Бардо в черных кварталах, чтобы уберечь их обитатели от перевозбуждения. Сама актриса пережила рекордное количество браков. «Когда у мужчины много любовниц, о нем говорят, что он Дон-Жуан. Когда у женщины много любовников, ее называют шлюхой… Где же справедливость?» — жаловалась Бриджит.

Триумф стиля «блонд».

 
Но, пожалуй, самый интересный из парадоксов блондомании заключается в том, что 75% живущих на Земле женщин — темноволосые. И только 14% — от природы белокурые. Только каждая пятнадцатая из окружающих нас блондинок — настоящая, то есть не крашеная, не оттененная или не осветленная. Натуральные блондинки, увы — исчезающий вид. Как мы уже знаем, светлые волосы — рецессивный признак, а значит вероятность передать их по наследству ребенку невелика. Некоторые исследования и вовсе пугают нас тем, что в середине ХХI века родится последний белокурый ребенок. Но если даже натуральные блондинки переведутся, то человечество этого, скорее всего, не заметит. Единственный, кто радостно потирает руки, предвкушая такую перспективу — производители средств для окраски волос.

Женщины, которые хоть раз осветляли волосы, уже просто не могут от этого отказаться, ибо уже испытали, что такое власть над мужчинами. В фильме с весьма символическим названием «Джентльмены предпочитают блондинок» главную героиню не случайно сыграла Мэрилин Монро — «блондинка с головы до пят». Собственно, настоящая карьера самой Мэрилин началась именно тогда, когда она превратилась в блондинку. Год за годом темноволосая дебютантка пробивала себе путь в Голливуде, но кроме непримечательных ролей ей ничего не предлагали. Пока однажды ее агент не подкинул «халтурку» — сняться в рекламе очередного «волшебного средства» для осветления волос. Результат превзошел все ожидания — на свет появились ее знаменитые платиновые локоны. И колкая шутка: «Ничто так не красит женщину, как перекись водорода».

Привычку к средствам для окраски волос в светлые тона можно сравнить разве что к кокаиновой зависимостью. Шерон Стоун и Ким Бэссинджер утверждают, что это вообще невозможно. Хотя последней пришлось однажды принести на алтарь блондомании нешуточную жертву. На прошлогодней оскаровской церемонии актрисе пришлось предстать остриженной под школьника. Но от радостей пергидроля Ким так и не отказалась.

А вот легендарная Мадонна сменила-таки платиновые кудряшки на прямые черные волосы. И все в один голос тут же заговорили, что это уже не Мадонна вовсе, а просто Луиза Чикконе — большинству поклонников певицы больше нравился ее прежний облик.

Мужчинам, которые не в силах сопротивляться «белому обаянию», советуем быть особо бдительными — а такое уж ли оно белое, в смысле настоящее? О том, что 72% джентльменов предпочитают блондинок, прекрасно осведомлены «труженицы ночи» — обитательницы ночных заведений. Неестественно белый тон их волос — «под Монро» — не элемент стиля, а характерный признак их профессии. Впрочем, знатоки стиля «блонд» без труда различат несколько оттенков этого богатейшего цвета. А по некоторым признакам — даже темперамент и типаж «своей» блондинки. Некоторые исследователи феномена блондинок подразделяют их на несколько типов.

Солнечные: Марина Влади, Клаудия Шиффер, принцесса Диана;
Шикарные: Марлен Дитрих, Ивана Трамп;
Опасные: Шерон Стоун, Ким Бэссинджер;
и наконец Секс-бомбы: Мэрилин Монро, Брижит Бардо.


И пусть брюнетки и их поклонники утешают себя, утверждая, что темные локоны — символ роковой страсти. Страсть, как ни печально, имеет свойство со временем угасать. А блондинка — это всегда тайна, разгадывать которую порой приходится всю жизнь. Независимо от типа и оттенка — это безусловно находка! Так что, джентльмены, «шерше ля блонд» — ищите блондинку, каждый свою. А найдя ее, будьте уверены, — уже не пожалеете!

Фото: Vincent Boiteau flickr.com/2dogs_productions

Автор: Я. Медников, О. Лошкарев  models.ua
34 4.3 1 1 1 1 1 (34)
Добавить комментарий


Защитный код

Статьи