Пиратские истории: от Чингисхана до Интернета

Фалангиты Александра Македонского, и тумэны Чингисхана, и полки Петра I. Противостояние владельцев информации и преступников, охотящихся за этой самой информацией, вышло на новый уровень.
Преступления в информационной сфере имеют такую же долгую историю, как и человеческое общество. Да, изречение банкира Натана Ротшильда «Кто владеет информацией, тот владеет миром» прозвучало только в XIX веке. Но на самом деле, его истинность понимали и фалангиты Александра Македонского, и тумэны Чингисхана, и полки Петра I. А уж про актуальность этого изречения в прошлом XX и нынешнем XXI веке вообще говорить не приходится.

Противостояние владельцев информации и преступников, охотящихся за этой самой информацией в любом ее виде, вышло на новый уровень с появлением компьютеров, а затем компьютерных сетей. Едва появились компьютерные программы, предназначенные не для военных и университетов, а для массового пользователя, как тут же возникло и такое явление, как компьютерное пиратство.

Изначально пиратство было уделом любопытных. В 80-е годы XX века количество домашних компьютеров исчислялось десятками, максимум сотнями. Никакого Интернета для обычных людей еще не было, и владельцы таких машин собирались вместе, образуя компьютерные клубы, где они могли обмениваться информацией и копиями программ на дискетах.

От спортивного интереса к нечестным заработкам

Прогресс не стоял на месте, и через несколько лет клубы по интересам сменили Bulletin Board Systems (BBS) — доски сообщений, которые обладали текстовым интерфейсом, включали в себя чаты и файловые архивы, в которых содержались, в том числе, взломанные программы. В то время пиратство было едва ли не единственной возможностью удовлетворить любопытство, ведь софт нередко стоил больше самого компьютера. Поэтому программы взламывались — ведь кому-то было необходимо заполучить редкий экземпляр ПО.

По мере распространения компьютеров, число взломщиков росло. Люди делали это, потому что могли это делать — получалось что-то вроде спорта. А те, кто не мог взломать программу самостоятельно, с удовольствием пользовались плодами чужих трудов — пока еще не за деньги.

Тогда же компьютерная индустрия почувствовала реальную угрозу со стороны пиратов и стала организовываться. В частности, возник Business Software Alliance (BSA) — организация, объединяющая ведущих разработчиков ПО и ориентированная на противодействие пиратству. Сегодня сложно поверить, но BSA начал работу в далеком 1988 году.

К концу 80-х – началу 90-х годов — а к тому времени компьютерные программы были признаны интеллектуальной собственностью — многие хакеры-альтруисты оказались под арестом. Так, во время одного из рейдов удалось арестовать владельца одной из самых известных BBS, носившей название столь любимого свободными умами 80-х произведения Хантера Томпсона — Fear and Loathing in Las Vegas. При этом было изъято около 7 Gb нелегального ПО.

Отметим, это происходило в то время, когда самые сложные программы «весили» не более нескольких десятков мегабайт.

Очередной виток противоборства начался с появлением Интернета и первых сайтов в начале 90-х годов. С этого момента программы взламывались уже не для того, чтобы помочь кому-то заполучить редкий экземпляр ПО. Хакеры начали взламывать софт, не заботясь о том, сколько людей его использует и сколько он стоит.

Однако действительно серьезную угрозу компьютерное пиратство стало представлять для софтверной индустрии только тогда, когда стало приносить доход. И весьма существенный.

Речь идет о появлении технологии записи информации на диски. Очень быстро болванки с записанными на них взломанными программами заполонили прилавки магазинов, ларьков и киосков. Наибольшее распространение такой вид компьютерного пиратства получил в развивающихся странах или странах с переходной экономикой, в которых стоимость легального ПО была слишком высокой для рядового пользователя. Впрочем, как и для многих государственных и коммерческих организаций.

Золотая эпоха пиратства: горы дисков сменяют торренты

Сразу после коммерциализации этой деятельности, примерно с середины 2000-х годов пиратство перешло из разряда романтического развлечения для одиночек в форму организованной киберпреступности, оборот которой в России в прошлом году превысил три миллиарда долларов, что выдвинуло страну в лидеры всех мировых рейтингов по числу киберугроз и зараженных ПК, входящих в ботнеты.

Можно сказать, что пик компьютерного пиратства пришелся на конец 1990-х - начало 2000-х годов. Тогда объем пиратского контента в соотношении с легальным в отдельных странах достигал 98%. Мировой уровень в период с 1996 по 2011 годы колебался в диапазоне 35-46%. В то же время в странах Восточной Европы этот показатель составлял 62-80%.

Конечно, разработчики ПО тоже работали над защитой своих продуктов, начиная от создания специальных механизмов (серийные номера и средства активации программных продуктов) и заканчивая совместными с правоохранительными органами рейдами по торговым точкам. Многим, наверное, запомнились публичные акции по раскатыванию пиратских дисков бульдозерами на полигонах твердых бытовых отходов, а также громкие уголовные дела против самых отъявленных пиратов.

Дешевые диски со взломанными пиратами программами долгие годы были бичом для разработчиков. Ситуацию удалось несколько поправить к концу первого десятилетия 2000-х, когда многие производители программных продуктов значительно снизили стоимость своего ПО. Конечно, не до уровня пиратских подделок. Но максимально близко к этому уровню — учитывая, что разработчикам, в отличие от пиратов, надо было покрывать расходы на производство.

Казалось, что долгожданная победа близка… Но только казалось.

Удар пришелся со стороны Интернета. С распространением технологии широкополосного доступа, которая позволила за приемлемые деньги и время передавать в Сеть и получать из нее большие объемы данных, распространение пиратского софта достигло немыслимых масштабов. Распространение получили торренты — сети, в которых смогли пиратствовать не флибустьеры-предприниматели, а обычные пользователи. Им стали не нужны посредники, легальные или нелегальные.

По итогам 2011 года разработчики софта, в том числе российские, назвали интернет-пиратство наиболее серьезной опасностью. Такую оценку дали члены Некоммерческого партнерства производителей программных продуктов (НП ППП). Годом ранее самыми опасными были «черные внедренцы» — установщики нелицензионного программного обеспечения.

Нарушаем, товарищи

Примечательно, что по статистике управления «К» МВД РФ, наибольший процент компьютерных правонарушений (ст. 146 УК РФ «Нарушение авторских и смежных прав») в 2011 году пришелся на «черных внедренцев» — 32%. Еще 30% нарушений совершались в розничной торговле, а 18% — конечными потребителями. При этом на долю Интернета, по версии правоохранительных органов, приходилось только 10% таких правонарушений.

Впрочем, и правоохранительные органы, и разработчики софта (и его же правообладатели) признают, что борьба с интернет-пиратством — самое сложное дело. В том числе из-за несовершенства законодательства и недостаточной квалификации как сотрудников органов, так и судей, рассматривающих антипиратские дела.

По оценке НП ППП, ухудшение ситуации во многом связано с негативными тенденциями в правоприменительной практике и рядом новаций в законодательстве. За последние несколько лет почти в два раза снизилось число выявляемых преступлений по статье 146 УК РФ («Нарушение авторских и смежных прав»). Одной из причин такого изменения ситуации НП ППП считает, по сути, декриминализацию названной статьи — повышение порога наступления уголовной ответственности до 100 тысяч рублей.

Негативные тенденции усиливаются тем, что за последние годы в России так и не придумали действенных мер, способствующих наведению порядка в Интернете, где пиратство становится главным вызовом всем индустриям, связанным с интеллектуальной собственностью. А пользоваться готовыми рецептами других стран нам не позволяет пресловутая российская специфика.

К чему пришли

Сейчас внимание российского государства, правоохранительных органов и судов обращено, в первую очередь, в сторону кинопиратства — во многом из-за активной позиции российских правообладателей. Киношникам в какой-то момент показалось, что Интернет лишает их доходов — отсюда пошли громкие скандалы с рядом интернет-площадок, черные списки и прочее завинчивание гаек. Хотя технологии для борьбы с размещением видео- и музыкального контента существуют: лучший пример работы в этом плане демонстрирует крупнейший мировой видеохостинг YouTube.

Что же касается компьютерных программ, то в этой сложной области гораздо труднее найти правых и виноватых: у флибустьеров XXI века постоянно находятся причины не покупать софт, а красть его у разработчиков.

Правообладателям приходится иметь дело с несовершенными законами и сложной доказательной базой.

Остается надеяться на сознательность граждан и новые планы законодателей: с недавнего времени они, похоже, стали понимать, что действие так называемого «антипиратского закона» в первую очередь следовало бы распространить на программные продукты. Впрочем, самим разработчикам стоит почаще выдвигать еще один довод в пользу легального ПО — безопасность.

Источник: bfm.ru
41 4.4 1 1 1 1 1 (41)
Добавить комментарий


Защитный код

Статьи