Проблема стрелкового оружия США

По сей день сухопутные войска США находят разные причины, чтобы не вооружать находящихся на линии огня солдат более эффективным стрелковым оружием чем М16.
Винтовка, которой пользуется сегодня пехота, мало изменилась с 1960-х годов, хотя у нее множество недостатков. А от этого дешевого сочетания металла и пластмассы зависит жизнь военнослужащих. Почему же самая богатая в мире страна не может дать своим солдатам более качественное оружие?

Как-то раз, спустя полтора месяца после битвы при Геттисберге, создатель семизарядной магазинной винтовки Кристофер Спенсер (Christopher Spencer) отправился с Авраамом Линкольном на заросшее травой поле рядом с тем местом, где сегодня стоит памятник Вашингтону, чтобы продемонстрировать удивительные возможности своего нового оружия. Линкольн слышал о мистической силе многозарядной магазинной винтовки, показавшей себя при Геттисберге и в других сражениях, в которых северяне применяли это оружие. Он хотел испытать эту винтовку и вооружить ей остальных своих солдат. Президент быстро вогнал семь пуль в маленькую мишень, находившуюся на расстоянии 40 ярдов. Он был впечатлен.

Но для армейских бюрократов многозарядное оружие было дорогостоящим неудобством, расходующим слишком много боеприпасов. Необразованный, недалекий, тщеславный и преступно вероломный генерал Джеймс Рипли (James Ripley), отвечавший за вооружение армии, старался расстроить любые усилия, направленные на вооружение армии северян многозарядными винтовками, делая это главным образом из-за того, что ему не хотелось чрезмерно утруждаться. Он добился немалых успехов. Историк Гражданской войны Роберт Брюс (Robert V. Bruce) высказал предположение, что если бы к 1862 году такими винтовками была вооружена вся армия северян, Гражданская война закончилась бы на несколько лет раньше, что сохранило бы жизни тысячам людей.

Чиновничья победа Рипли над Линкольном стала началом самого длительного скандала в военном ведомстве за всю американскую историю. Уж я-то знаю. Я едва не стал одной из жертв Рипли. В июне 1969 года я командовал батареей в горах Южного Вьетнама. Мы целый день вели стрельбу, поддерживая огнем пехоту, окопавшуюся на высоте «Гамбургер». Каждый человек, каждый предмет в нашей батарее покрылся слоем красновато-коричневой глины, которую поднимали вверх винты вертолетов «Чинук», доставлявших нам боеприпасы. К вечеру утомившиеся солдаты заснули рядом со своими М16. Я был слишком неопытен, а может, слишком ленив, чтобы приказать своим солдатам почистить оружие, хотя мы слышали тревожные слухи о том, какими могут быть последствия от стрельбы из грязной М16.

В три часа ночи противник нанес удар. Он был вооружен поразительно надежными и прочными автоматами АК-47. Вьетнамцы несколько часов взбирались на высоту, таща свои автоматы по грязи; но они безо всяких проблем открыли убийственный автоматический огонь. А у моих подчиненных все пошло не так. Меня по сей день преследует картина: трое моих солдат, лежащих на своих разобранных винтовках, которые заклинило, и которые они отчаянно пытались почистить.

То оружие, которое почти полвека назад убило моих солдат во Вьетнаме, пройдя несколько модификаций, продолжает убивать наших солдат в Афганистане. Призрак генерала Рипли до сих пор бродит среди нас. За 35 лет службы в армии я понял, что от Геттисберга до высоты «Гамбургер» и улиц Багдада американская страсть вооружать войска паршивыми винтовками стоила нам умопомрачительного количества смертей, которых вполне можно было избежать. За предстоящие несколько десятилетий Министерство обороны потратит более триллиона долларов на самолеты-невидимки F-35, которые после десяти лет испытаний так ни разу и не были применены в зоне боевых действий. А плохие винтовки находятся в руках у наших солдат в каждой зоне боевых действий.

На войнах после Второй мировой подавляющее большинство военнослужащих не занималось непосредственно уничтожением противника. Работа у них стала примерно такой же, как у гражданских. Это задача пехоты – целенаправленно искать и уничтожать противника, рискуя при  этом собственной жизнью. Пехота сухопутных войск, морская пехота и немногочисленный спецназ составляют в совокупности примерно 100 тысяч человек, что равно пяти процентам от общей численности военнослужащих вооруженных сил. Во время Второй мировой войны 70% погибших от рук противника были пехотинцами. В последующих войнах этот показатель вырос до 80%. Это люди (в основном мужчины), чья жизнь зависит от их оружия и боеприпасов.

В бою пехотинец живет жизнью зверя. Примитивные законы клыков и когтей определяют, выживет он или погибнет. Человек гибнет быстро. Боевые действия в Афганистане и Ираке подтверждают урок, состоящий в том, что бой с применением стрелкового оружия не может быть честным и благородным. Пехота попадает в зону огневого поражения измотанная, уставшая, растерянная, голодная и напуганная. Оружие и снаряжение у нее грязное, старое, потрепанное, зачастую неисправное. Пехотинцы гибнут в дозорах и поисках, от засад противника, от снайперского огня, от мин и самодельных взрывных устройств. У солдата есть лишь доля секунды, чтобы взять оружие наизготовку, прицелиться и нажать на спусковой крючок, опередив противника. Выживет он или нет – это зависит от его способности применить больше убойной силы на большее расстояние и с большей точностью, чем противник.

Любой недостаток, любое утраченное преимущество, пусть даже незначительное, означает смерть. Заклинило патрон, противник оказался быстрее и неуловимее, уйдя от прицельного огня или очутившись вне огневой досягаемости, и сам может вести мощный ответный огонь – все это сводит на нет огромные преимущества дорогостоящих американских систем вооружений воздушного и морского базирования, которые могут оказывать огневую поддержку сухопутным войскам. Солдату во время курса молодого бойца говорят, что винтовка это его лучший друг и билет домой. А если жизнь такого огромного количества людей зависит от создания дешевого предмета из металла и пластмассы стоимостью 1000 долларов и весом менее трех килограммов, то почему самая богатая в мире страна не может дать своим солдатам качественное оружие?

Ответ на этот вопрос одновременно и сложный, и простой. Стандартный автоматический карабин сегодняшней пехоты М4 является  облегченной версией винтовки М16, из-за которой во Вьетнаме погибло так много вооруженных ею солдат. (М16 широко применяется до сих пор.) Рано утром 13 июня 2008 года во время атаки талибов на блок-пост возле деревни Ванат в афганской провинции Нуристан погибли девять пехотинцев. Некоторые из выживших солдат потов рассказывали, что во время боя винтовки у них перегревались, и их часто заклинивало. История гибели солдат у деревни Ванат очень напоминает то, что было во Вьетнаме. На самом деле, если не считать нескольких косметических изменений, винтовки в обеих войнах были фактически одни и те же. А из-за укороченного ствола М4 менее эффективна при стрельбе на большие расстояния, чем старая М16. Это очень серьезный недостаток в современном бою, который все чаще идет на больших дистанциях.

Проблема стрелкового оружия США
Стандартный автоматический карабин сегодняшней пехоты M16A4

М16 начинала свою жизнь как гениальное изобретение одного из самых знаменитых в мире оружейников. В 1950-е годы инженер по имени Юджин Стоунер (Eugene Stoner) использовал материалы космической эпохи для совершенствования основной на то время винтовки пехоты М14. Выбранный им патрон калибра 5,56 мм не был модифицированным патроном от М14. Это был патрон от охотничьего ружья «Ремингтон», которое использовалось для охоты на мелких хищников. Изобретенная им винтовка AR‑15 была легкой, удобной, и могла вести контролируемую автоматическую стрельбу. Она превосходила по своим качествам более тяжелую, дающую более сильную отдачу М14. Однако сухопутные войска снова с большой неохотой пошли на перевооружение. Как отмечал в 1981 году в своем журнале Джеймс Фэллоуз (James Fallows), понадобилась «мощная поддержка» президента Кеннеди и министра обороны Роберта Макнамары (Robert McNamara), чтобы сухопутные войска пересмотрели свое отношение к М14, имевшей больший калибр. В 1963 году армия начала медленно переходить на изобретение Стоунера.

М16 стала «милитаризованной» версией AR-15. Эта милитаризация, включавшая более 100 изменений в конструкции, которые якобы должны были сделать винтовку пригодной для боя, погубили первую поставленную на фронт партию, а количество погибших солдат было огромно. От заказанного сухопутными войсками заряда в стволе оставался порох, который засорял винтовку. Тщательно обработанные детали М16 превращали винтовку в капризную «принцессу на горошине» в плане ухода и обслуживания. В условиях Вьетнама с его влажностью, пылью и грязью она требовала постоянной чистки. Со временем сухопутные войска усовершенствовали винтовку – но до этого погибло немало американских солдат.

Не во всех проблемах М16 можно обвинять армию. В конструкции М16, а теперь и М4, есть один изъян, который невозможно устранить никакой милитаризацией и переделками. В винтовке Стоунера патрон подается из магазина в патронник с использованием энергии пороховых газов, отводимых из канала ствола при прохождении по нему пули. Пороховые газы, отведенные из канала ствола по тонкой алюминиевой газоотводной трубке, производят сильный толчок, отбрасывающий затвор назад. Таким образом, затворный механизм свободно перемещается в корпусе винтовки. Пыль, грязь, остатки пороха – все это может вызвать заклинивание затвора, а следовательно, и всей винтовки в целом.

В отличие от М16, у советского АК-47 есть прочный шток газового поршня, соединенный с затвором. Давление отводимых из ствола пороховых газов давит на шток и на затвор как на единое целое, а прочное запирание ствола затвором гарантирует, что ни грязь, ни пыль не помешают автомату функционировать. Опасаясь смертельных последствий отказа механизма подачи патрона в бою, некоторые элитные подразделения спецназа, такие как «Дельта» и 6-й отряд «морских котиков», пользуются более надежным механизмом со штоком. Однако армейские и морские пехотинцы до сих пор ведут огонь из оружия, которое заклинивает гораздо чаще, чем АК-47. Отказ механизма подачи влияет на все аспекты современного боя. Российский пехотинец может безостановочно выпустить около 140 пуль в минуту. Скорострельность у М4 примерно в два раза ниже.

Во времена Гражданской войны генерал Рипли, среди прочего, утверждал, что пехотинцам будет трудно справляться со сложным по конструкции многозарядным оружием. Мы и сегодня слышим похожие и весьма неубедительные аргументы. Нынешний солдат за 13 лет войны не раз показывал, что он может справиться с самыми большими сложностями. Это опытный профессионал, у которого за плечами много лет службы, и он заслуживает такого же отличного стрелкового оружия, как и «элитный» спецназ, который при желании покупает лучшее гражданское оружие и снаряжение.

Какой должна быть новая универсальная винтовка пехоты нового поколения? Она должна иметь модульную конструкцию. Сейчас на одной базе можно собирать разные виды оружия. Боец отделения может оборудовать свое оружие в соответствии с потребностями, прикрепляя разные стволы, приклады, рукоятки, системы подачи и приспособления. В результате у него может получиться легкий пулемет, карабин, винтовка или пехотный автомат.

Военные должны поменять калибр и патрон оружия, которым воюет пехотинец. Маленький патрон Стоунера калибра 5,56 мм был идеален, поскольку позволил уменьшить отдачу пехотных калибров времен Второй мировой войны и позволил вести полностью автоматический огонь. Но сегодняшний патрон просто слишком мал для современного боя. Недостаток массы сокращает его дальность до 400 метров. Оптимальный калибр для винтовки завтрашнего дня это где-то между 6,5 и 7 миллиметрами. Новый патрон можно сделать практически таким же легким, как патрон 5,56 мм с латунной гильзой, если использовать гильзу из пластика, которая сегодня находится в разработке для использования морской пехотой.

Сухопутные войска могут создать пехотную версию оружия-невидимки, поставив на каждую винтовку новейшие шумоглушители. Вместо того, чтобы просто заглушать звук выстрела посредством отвода газов, новая конструкция позволяет направлять пороховые газы вперед, чтобы уменьшать вспышку и звук на срезе канала ствола. Конечно, попавший под огонь противник будет слышать приглушенные звуки стрельбы. Но как и с другими видами оружия, обладающими характеристиками малозаметности, противник окажется в крайне невыгодном положении, когда будет пытаться определить точное местоположение оружия, из которого по нему ведется стрельба.

Компьютерная миниатюризация позволяет делать высокоточные прицелы. Все, что нужно будет сделать пехотинцу, имеющему прицел нового образца, это навести красную точку на цель и нажать кнопку, расположенную на передней части спусковой скобы. Компьютер на его винтовке учтет такие данные как дальность и угол упреждения до движущейся цели, а затем произведет выстрел в момент, когда точное попадание будет гарантировано. Такой прицел будет «видеть» противника днем и ночью на расстоянии более 600 метров. Попавший в перекрестье такого прицела солдат противника погибнет задолго до того, как поймет, что его увидели. И он точно не сможет открыть эффективный ответный огонь.

Но сегодня у пехотинцев нет винтовок с такими новыми прицелами. А у охотников есть. На самом деле, новые винтовки и боеприпасы уже имеются. Их делают самые разные производители – гражданские предприятия по изготовлению оружия, иностранные поставщики вооружений, оснащающие элиту спецназа. В отличие от обычной пехоты, подразделения спецназа, находящиеся на вершине военной иерархии, не обременены многочисленными правилами при закупках оружия и снаряжения. У них хорошее финансирование и свобода действий, пользуясь которой, они могут требовать от частных предприятий создания удобных и результативных новинок. Эти подразделения испытывают новое оружие в бою, и зачастую получают прекрасные результаты: большая точность, надежность, убойная сила.

В сухопутных войсках заявляют, что новая винтовка обойдется в два с лишним  миллиарда долларов – и это в период нехватки финансирования. Но пусть сухопутные войска и морская пехота покупают новые винтовки только для тех, кто пользуется ею чаще всех, а именно, для пехоты. Если каждая винтовка будет стоить 1000 долларов, то на 100 тысяч пехотинцев расходы на нее составят примерно 100 миллионов долларов. Это меньше, чем один истребитель F-35. Сухопутные войска и морская пехота смогут держать имеющиеся запасы М4 и М16 в резерве для вооружения этими винтовками личного состава не из пехотных подразделений в том маловероятном случае, если они окажутся в бою.

Со времен генерала Джеймса Рипли по сей день сухопутные войска находят разные причины, чтобы не вооружать находящихся на линии огня солдат самым безопасным и самым эффективным стрелковым оружием. Если вложить несколько долларов сейчас, это сохранит жизнь многим отважным пехотинцам из будущих поколений.

Источник: Роберт Скейлз, The Atlantic, США
62 4.3 1 1 1 1 1 (62)
Темы оружие
Комментарии
Васек
 -0 +0 #1 Васек 24.05.2016 11:06
Говно
По делу есть что-то? Или только говна на вентилятор набросать
Добавить комментарий


Защитный код

Статьи