История одного секса

Мы выносим приговор: бревно, фригидна, холодна. Потому что признать свою ошибку гораздо сложнее. И уходим искать другую, более страстную, а на деле просто менее прихотливую, которой подойдет наша неловкость и неопытность. Женщины имитируют, чтобы не получить от нас клейма за наши же ошибки.
Имитация. Это слово вросло в нее, заставляя постоянно опускать глаза, стоило лишь остаться одной. Но только первое время, потом она махнула рукой. Имитация? Да. И Бог с ней.

Ее мужчина еще спал, развалившись поперек кровати и иногда похрапывая, а она сидела на кухне и смотрела, как заваривается кофе. Улыбаясь солнечному свету и чувствуя, как от нежности сжимается сердце, она размышляла. Раньше ей не очень везло в любви: то ли она что-то делала не так, то ли просто не попался тот единственный, предназначенный только для нее. Но, не смотря на это, очень хотелось жить, быть любимой и прижиматься к груди родного человека, чувствуя покой и опору. Единственный задержался, потерялся где-то в пути, возраст далек от 16, а жить хотелось именно сейчас. Она даже выходила замуж, но того счастья, которые обещали бесконечные глянцевые журналы, так и не обрела. И даже в те далекие 16 все было не так гладко, как об этом мечталось кудрявой девчонке, возвращающейся домой из школы и пока только мечтающей о том, что однажды ее полюбит мальчик.

Первый опыт был прозаичен и не оставил ничего, кроме разрозненных воспоминаний, разочарования и легкого презрения к себе. Вечеринка у друзей, пьяные молодые лица и батарея бутылок на столе. В этом хаосе старшеклассник, который давно ей нравился, пригласил на танец девочку, забившуюся в самый дальний угол и жадно следящую за ним из темноты. Конечно, она согласилась, он для нее был недосягаемой мечтой, предметом воздыханий и тайных слез в подушку. А потом.. все было скомкано, быстро, вместо предполагаемой романтики оказался презерватив, который он, путаясь в движениях от выпитого, никак не мог надеть, неуклюжие движения, тяжесть тела и громкое сопение в ухо, пахнущее перегаром спирта и сигаретами. Она так и не поняла толком, что вот оно, свершилось то, о чем думалось по ночам с испугом и желанием. Не было сильной боли, которой пугали более опытные подруги, но не было и того незабываемого удовольствия, о котором они же рассказывали, с придыханием закатывая глаза. Утешала только одна мысль, что теперь она хотя бы сможет гулять со своей мечтой за руку и гордо говорить, что у нее есть свой собственный молодой человек. И не просто первый попавшийся, а тот самый старшеклассник, на которого заглядывались многие девочки. Но утром, протрезвев, он, не особо мучаясь угрызениями совести, забыл о ее существовании. А она так и не решилась напоминать.

Долгое время после этого у нее не было никого. Потом появился юноша, который ухаживал за ней, дарил цветы и писал красивые письма. Она влюбилась легко, словно ждала этого уже очень долго, тяготясь своим одиночеством. Он казался ей почти идеальным, но секс снова не принес ничего, хотя новый ухажер был более старателен и уделял какое-то время на предварительные ласки. Но она никак не могла подавить стеснительности и не знала, что нужно делать, а он не стремился ни объяснить, ни намекнуть, взяв инициативу на себя. Они встречались несколько месяцев, ей казалось, что это почти вечность и предел всех мечтаний, ведь она была не одна, была любима, нужна и вполне счастлива, даже не смотря на то, что секс почти совсем перестал приносить ей удовольствие и стал чем-то вроде уступки ради любви. А потом их отношения начали гаснуть, в них появилось отчуждение и равнодушие. Она не выдержала тогда, когда случайно увидела его с другой девушкой. В истерике, со слезами, понимая, что теряет то, чем жила, она пришла к нему. А он предложил расстаться по причине того, что он не хочет прожить жизнь с фригидной женщиной.

Как больно ей было тогда, как больно и тяжело. Но самое страшное было в том, что они понимала его правоту. Она — урод, не способный ни получить удовольствие, ни доставить его мужчине. Прочитав уйму литературы по этому вопросу, она в итоге сжилась с мыслью о своей фригидности. Обращаться к сексопатологу постеснялась, решив обойтись собственными силами. Но желание любить не прошло, отнюдь, оно становилось все сильнее, как, впрочем, и ощущение собственного одиночества.

Когда в ее жизни снова появился мужчина, она решила быть умнее. Насмотревшись тематических фильмов, она билась в его руках, стонала и дергалась всем телом. Сначала приходилось прятать лицо, оно слишком краснело, ей казалось, что все это очень наигранно и он понимает это, и выглядит она донельзя смешно. Но он не заметил фальши и подмены ни в первую ночь, ни в следующую, ни во все остальные. Впрочем, долгих отношений с этим мужчиной тоже не получилось, оказалось, что он врал ей, будучи женатым, и со страшным скандалом они расстались.

После этого у нее было еще несколько любовников, с каждым из которых она была готова основать семью и прожить тихую, спокойную жизнь. Что касается имитации, то она стала опытной, она точно знала, когда нужно вскрикнуть, а когда покорно расслабится, повинуясь чужим рукам. Свою тайну о фригидности она так и не смогла открыть никому из них, слишком страшными ей казались последствия, а одиночество и ненужность пугали больше смерти.

Но потом появился он, ее мужчина, который сейчас спал и лицо его во сне казалось таким детским и беззащитным. Он очень долго ухаживал за ней, не торопя событий, водил в кино, кормил в маленьких уютных кафешках и с интересом слушал все, о чем она говорит. И такого единства у нее не было ни с кем раньше: он все понимал с полуслова, они смеялись вместе и вместе грустили. В итоге она стала доверять ему почти все, а однажды, выпив слишком много вина, рассказала свою страшную тайну. Он усмехнулся и промолчал. Вечером они простились, он, как всегда, чмокнул ее в нос и ушел.

На следующее утро, когда дымка безграничного доверия и вина рассеялась, она ужаснулась. Она понимала, что он уже никогда не вернется, что он молод, что такого урода, как она, никто не захочет, а, тем более, он — самый лучший, самый добрый, самый нежный мужчина, с которым будет счастлива любая, а значит, ему есть из кого выбирать. Но он вернулся в назначенное время, как ни в чем не бывало притащив коробку конфет и ее любимые цветы. А вечером… он не пошел домой, оставшись с ней.

Она была растерянна, она боялась того момента, когда их разговор, становящийся все более натянутым закончится, и он захочет чего-то еще, а что.. что ей делать, как вести себя? Имитировать уже нелепо, она сама рассказала ему о своей проблеме. Разочаровать его холодностью? Одна мысль об этом была ужасна. А он улыбался, рассказывал о своих приключениях и игнорировал все ее метания, которые, несомненно, видел. Потом замолчал и просто молча наблюдал за ней, не находящей места, но лицо его дрогнуло и на нем появилась улыбка. Он встал, подошел к ней и поцеловал.

Последующую ночь она не забудет никогда. Наверное, это и был ее первый раз. Настоящий первый раз. Ей не пришлось ни имитировать, ни лежать бревном, позволяя ему делать все, что хочется. Он научил ее тому, что не бывает фригидных женщин, бывает непонимание, бывает отсутствие какой-то внутренней чуткости и странного родства душ. То, что раньше ей приходилось играть, случалось само собой, ее тело пело в его руках, а он улыбался и покрывал его поцелуями. Он находил те места, прикосновения к которым заставляли выгибаться дугой и дрожать, он был сосредоточен, он учился тому, как нужно трогать ее, где касание должно быть невесомым, одним дыханием, а где оно может стать более властным, почти грубым. И все это время он внимательно смотрел ей в глаза, ища ответа на свои вопросы. И находил их.

Кофе закипел и она оторвалась от размышлений. Сейчас она разбудит своего мужчину, этого мальчишку с лицом победителя, своего последнего романтика, своего главного героя. Они вместе отведут сына в школу и пойдут бродить по городу и парку, потому что сегодня он взял отгул, чтобы побыть с ней. Он будет то дурачиться, то становиться предельно серьезным, ловя ее взгляд или нежно целуя в уже слегка седеющий висок. А имитация? Позвольте, какая имитация, она страстная женщина, ей нет в этом необходимости. А еще она любима самым лучшим мужчиной на земле и, наконец-то, спустя столько лет поиска, безгранично счастлива.

П. С.

- Аль, а женщины правда имитируют оргазм?

- Бывает.

- Да уж…

- Бывает. Но не потому, что они холодные, расчетливые твари, привычные ко лжи, не думай так. Фригидность очень редкое отклонение. Чаще всего именно мы заставляем их идти на это. Разница психологий, друг мой. Разница психологий и свойственный нам эгоизм. По молодости ли, по глупости ли, по непониманию партнера или отсутствию чуткости, но очень часто мы считаем, что придти к ней, повалить на кровать и небрежно взять — это высшее наслаждение, которые мы способны доставить. Но женщины любят иначе, они чувствуют глубже, воспринимают тоньше. А когда мы ошибаемся, если мы ошибаемся… То выносим приговор: бревно. Фригидна. Холодна. Потому что признать свою ошибку гораздо сложнее. И уходим искать другую, более страстную, а на деле просто менее прихотливую, которой подойдет наша неловкость и неопытность. Женщины имитируют, чтобы не получить от нас клейма за наши же ошибки. Стоит ли винить их за скромность в разговорах о сексе, стеснение объяснить свои предпочтения, если избегать разговоров о сексе их учит социум, общество, созданное нами? Стоит ли винить их за то, что устало глядя в стену, они начинают врать, чтобы быстрее закончился тот акт, который из любви становится то ли пыткой, то ли упражнением? Написать, что ли, об этом…

История одного секса

Ты пахнешь сексом...

Ты пахнешь сексом. Но не тем семейно-бытовым, в темноте, под тяжелым одеялом, ровно в два часа ночи, когда дети спят уже наверняка. Нет, другим... С порванными чулками, со вдребезги разбитой посудой, одним движением сметенной со стола, с искусанными в кровь губами, с утробным хищным рычанием и рубиново-алым блеском губ, приоткрывающим острые клыки.

Ты пахнешь расцарапанной спиной и по-снайперски метким укусом в горло. Ты пахнешь сырым семенем, соленой горечью в растрепанных волосах, на щеках с резко, почти воинственно очерченными скулами. Ты пахнешь блестящим бисером пота на напряженной упругой коже, звенящей натянутой тетивой, чувствующей вес стрелы. Ты пахнешь суженными зрачками пантеры, растянувшей черное гибкое тело в охотничьем прыжке. Ты пахнешь уже не стоном, ты пахнешь бесстыдным криком яростного безумия жизни, сметающего все на своем пути…

Что можно ответить на эти слова? Разве что сделать быстрый неуловимый шаг, сведя дистанцию между телами на нет, прищуриться, и, тихо рассмеявшись в горячий открытый рот, показать наглядно, как можно целоваться, когда в груди зашкаливает убийца апрель, когда шальная весна на кончиках пальцев вдруг превращается в огонь, от которого медленно и красиво начинает тлеть реальность...

Автор: Аль Квотион.
11 4.2 1 1 1 1 1 (11)
Комментарии
Petrovich
 -4 +4 #1 Petrovich 15.02.2016 09:41
История одного секса
Что за розовые сопли?
Оля
 -2 +3 #2 Оля 15.02.2016 13:44
История одного секса
Умный понял с одного раза, а дурак должен дважды перечитать
Дар
 -1 +2 #3 Дар 16.02.2016 21:37
История одного секса
Прочитал несколько статей, написано искренне и с душой.
Продолжайте - это ваше призвание.
Женщина
 -0 +0 #4 Женщина 19.09.2016 16:42
История одного секса
"Бревно. Фригидна. Холодна. Потому что признать свою ошибку гораздо сложнее. И уходим искать другую, более страстную, а на деле просто менее прихотливую" - уходите, уходите, господа... чтобы быстрее закончился тот акт, который из любви становится пыткой
Добавить комментарий


Защитный код

Статьи