Может ли слабый победить сильного?

Может ли слабый победить сильного?

Более слабые признают свою слабость и выбирают иную стратегию. Они возвращаются назад и вновь анализируют полученные данные. Может ли слабый победить сильного?

В библейской истории Давида и Голиафа, Давид сначала надел кольчугу, потом латунный шлем, а затем опоясал себя мечом: он готовился к обычной битве на мечах с Голиафом. Но затем он остановился. «Я не могу ходить в этой амуниции, потому что я не привык к ней», - сказал он, и взял те пять гладких камней. Что случается, спрашивает Арегуин-Тофт, когда слабые признают свою слабость и выбирают нетрадиционную стратегию? Он возвращается назад и вновь анализирует полученные данные. В этих случаях процент выигрыша Давида возрастает с 28,5 до 63,6 процентов.

1.

Когда Вивек Ранадиве решил тренировать баскетбольную команду своей дочери, он взял за основу два принципа. Во-первых, никогда не повышать голос. Это была Лига баскетбола для Юниоров (National Junior Basketball), и команда состояла в основном из 12-летних подростков, которые, как он знал по опыту, очень плохо относятся к тем, кто повышает на них голос. Дела на баскетбольной площадке он решил вести также, как и на своей фирме по производству програмного обеспечения: говорить тихо и мягко, убеждая девочек делать то, что ему нужно, и призывая к разуму и здравому смыслу.

Но второй принцип более важный. Ранадив задался вопросом, как американцы играют в баскетбол. Сам он из Мумбаи, вырос на крикете и футболе и не забудет тот раз, когда впервые увидел баскетбольнную игру, так как подумал, что это бессмысленно. Команда А забивает гол и сразу же убегает в конец своей площадки. Команда Б получает мяч и ведет его прямо в руки команды А, и так повторяется бесконечно. Баскетбольная площадка 94 фута длиной, но большинство времени команда защищает только 24, 70 уступая соперникам. Хотя очень редко, когда соперники пытаются забить мяч в корзину, игра идет на всем поле. Казалось, это заговор баскетбольного мира, который, как думал Ранадив, и повлиял на увеличение разрыва между хорошими и плохими командами. Хорошие команды чаще всего состоят из высоких игроков, которые отлично играют; они могут четко выполнять подготовительные передачи на территории противника, вести и попадать. Почему при прочих равных условиях слабые команды проигрывают?

Ранадив наблюдал за своими девчонками. Морган и Юля были серьезными игроками. Но Ники, Анжела, Дани, Холли, Анника и его собственная дочка Анжела никогда прежде не играли. Они были невысокими, плохо попадали, вели мяч и к тому же не собирались зависать на поле каждый вечер. Большинство из них, по мнению Ранадива, были «маленькими блондинистыми девочками» из Менло Парк и Редвуд Сити, сердца Силиконовой долины. Это были дочери программистов и людей с высшим образованием, они работали над научными проектами и читали книги, ездили на каникулы покататься на лыжах со своими родителями и мечтали в будущем стать морскими биологами. Ранадив знал, что если они будут играть как обычно, то есть не будут сопротивляться и позволят их соперникам вести мяч к кольцу, они почти наверняка проиграют тем, для кого баскетбол – это страсть. Ранадив приехал в Америку с 50-ю долларами в кармане, когда ему было семнадцать, но он не воспринимал потери близко к сердцу. Второй вывод, который он сделал – это команда должна играть на всей площадке, прессуя противника в течение всей игры. Так Редвуд Сити стала национальным чемпионом. «Все произошло случайно, - говорит Анжела Ранадив. - Это я к тому, что мой отец никогда не играл в баскетбол».

 2.

Победа Давидом Голиафа, согласно библейской истории, - нечто из рамок вон выходящее. Но, на самом деле, Давид побеждает не так уж редко. Политический исследователь Иван Аррегуин-Тофт изучает войны между слабыми и сильными, произошедшие за последние две сотни лет. Голиаф, согласно его открытию, выигрывает в 71,5% случаев. Иван анализировал конфликты, в которых одна из сторон была минимум в десять раз, по мощи армии или количеству людей, сильнее другой, и даже при таком раскладе те, кто находился в худшем положении, выигрывали почти в каждом третьем случае.

В библейской истории Давид сначала надел кольчугу, потом латунный шлем, а затем опоясал себя мечом: он готовился к обычной битве на мечах. Но затем он остановился и сказал: «Я не могу ходить в этой амуниции, потому что не привык к ней» (согласно переводу Роберта Альтера), и взял пять гладких камней. Что случается, спрашивает Арегуин-Тофт, когда слабые признают свою слабость и выбирают нестандартную стратегию? Он вновь анализирует данные и узнает, что в этих случаях процент выигрыша Давида возрастает с 28,5 до 63,6 процентов. «Когда «слабые» решают играть по другим правилам, они выигрывают», - заключает Арегуин-Тофт.

Рассмотрим историю Т.Е.Лоуренса (или как он больше известен, Лоуренса из Арабии), поднявшего восстание против Оттоманской армии, которая окупировала Арабию примерно в конце Первой Мировой войны. Британцы поддерживали арабских повстанцев, целью которых была Медина, город в конце железной дороги, построенный турками в то время, когда они уходили на юг от Дамаска через пустыню Хеджаза. Турки собрали в Медине свои основные силы, и Британские лидеры хотели, чтобы арабы разрушили гарнизоны противника до того, как угроза нависнет над целым регионом.

Но когда Лоуренс посмотрел на его банду, состоящую из сброда Бедуинских борцов, он понял, что лобовая атака на Медину никогда не увенчается успехом. Но почему бы не взять город другим путем? Турки серьезно обосновались в Медине и вряд ли были мобильны. Вместо того, чтобы наносить удар в самый центр, Лоуренс рассчитывал атаковать в слабом месте. Обширная железнодорожная линия до Дамаска, которая была питательной жилой армии противника, не охранялась. На нее и обратил внимание командир.

В военном понимании бедуины не находились под командованием Лоуренса, ведь были кочевниками. Сэр Реджинальд Вингейт, один из британских главнокомандующих, называл их «неподготовленным сбродом, большинство которого никогда не стреляло из винтовки». Зато они были жесткими и мобильными: стандартный солдат-бедуин носил с собой не больше винтовки, ста патронов, 45 (12,5 кг) фунтов муки и пинты (550 мг) питьевой воды. Это значило, что он мог пройти 110 миль в день по пустыне даже летом. «Нашими преимуществами были скорость и время, а не разрушительная сила, - пишет Лоуренс. - Соплеменники не были приучены к войне, зато они легко передвигались, были выносливы, мужественны, умны и знали страну». Известный генерал 18-го века Маурисио де Сакс сказал, что «искусство войны не в руках, а в ногах», как это и было в армии Лоуренса. В одной типичной вылазке весной 1917-го года его люди заминировали 60 рельс и перерезали телеграфную линию в Буар; 24-го марта саботировали поезд и 25 рельс в Абу аль-Наам; 25-го марта взорвали 15 рельс и обрезали телеграфную линию в Истабл Антар; 27-го марта вторглись в турецкий гарнизон и взорвали поезд; 29-го марта вернулись в Буайр и снова саботировали железную дорогу; 31-го марта взорвали 11 рельс в Хедиах; 3-его апреля захватили железнодорожную линию на участке вади Дайджи; 4-го и 5-го апреля, а также 6-го апреля дважды атаковали.

Ловким ходом командира было нападение на портовый город Акаба. Турки ожидали атаки от Британских кораблей, патрулирующих воды Гульфа к западу от городка. Вместо этого Лоуренс решил атаковать с востока, подойдя к Акабе через незащищенную пустыню, и чтобы сделать это он провел своих людей 600-мильным крюком – наверх от Хейджаза, потом на север в Сирийскую пустыню и потом назад к порту. Дело было летом, в одном из самых негостеприимных мест Ближнего Востока, но Лоуренс не побоялся и в предместьях Дамаска отошел в сторону от намеченного пути. «В этом году долины, казалось, кишели рогатыми и черными змеями, шумящими гадюками и кобрами», - пишет Лоуренс в своей книге «Семь столпов мудрости» об одном из эпизодов своего путешествия:

Мы не могли набирать воду после темноты, потому что змеи плавали либо прямо в ней, либо сворачивались в большие клубки по берегам рек. Дважды шумящие гадюки закручивались в предупреждающее кольцо вокруг нас, обсуждающих дела и попивающих кофе. Трое наших умерли от укусов; четверо восстановились после жуткого жара и боли, отеков отравленных конечностей. Лечение Ховейтат (древний род) заключалось в том, чтобы завернуть пораженную часть в специальный пластырь против укусов и читать Коран над пострадавшим, пока тот не погибнет.

Когда они, наконец, прибыли в Акабу, банда Лоуренса из 700 воинов убила или захватила в плен 1200 турков и потеряла только двух мужчин. Турки просто не думали, что их противник может решиться на марш-бросок через пустыню. Это была замечательная мысль Лоуренса. Давид смог победить Голиафа, заменяя усилия на способности, – эта спасительная формула работает для аутсайдеров во всех областях жизни, включая юных блондинок на баскетбольном корте.

Банда Лоуренса из 700 воинов убила или захватила в плен 1200 турков

3.

Вивек Ранадив элегантный мужчина, подтянутый, хорошо сложенный, с безупречными манерами и томной походкой. Его отец был пилотом, которого взял в плен Индира Ганди, как он говорил, из-за борьбы за безопасность Индийских самолетов. Ранадив пошел учиться в МИТ (Массачусетский Технологический Институт), потому что видел документальный фильм о школе и решил, что это место работы прекрасно подходит для него. Дело было в 1970-х, когда учеба за границей требовала от Индийского правительства санкционированного выпуска иностранной валюты, и Ранадив разбил палатку рядом с офисом государственного банка Reserve Bank of India, пока не добился своего.

В 1985 Ранадив основал в Силиконовой долине компанию по разработке ПО, основанную на принципе работы «в реальном времени». Если бизнесмен ждет конца месяца для того, чтобы посчитать все свои поступления, он придерживается принципа «пакетной обработки». То есть в компании происходит разрыв между происходящими событиями – продажами – и пониманию того, что происходит. Уол Стрит живет по тому же принципу. Трейдер должен собирать информацию отсюда и оттуда, сопоставлять и анализировать ее, и лишь затем совершать сделку. То, что сделала компания Ранадива – TIBCO – так это объединила базы данных в один поток, так чтобы трейдер мог моментально иметь всю нужную информацию под рукой. Пакетная обработка была заменена работой в реальном времени. Сегодня ПО, произведенное TIBCO, стоит на большинстве торговых площадок Уол Стрит.

Переход от пакетной обработки к работе в реальном времени, по мнению Ранадива, является совершеннно новым шагом, а не просто очередной ступенью эволюции изобретений. «Мы работаем с некоторыми авиалиниями, - рассказывает он. – Вы же знаете, когда ты приземляешься, а твой багаж по тем или иным причинам летит другим рейсом, авиакомпания уже знает об этом, но тебе не сообщает. Проблема в разрозненной информации. Существует пассажирская система, которая знает, где пассажир. Есть система, которая отвечает за техническое обслуживание: она знает, где находится самолет и какого он типа. Существуют багажная и билетная системы, но они все работают по отдельности. Так ты приземляешься, ждешь у багажного терминала, а сумки не показываются». Все, что случается по этому сценарию, подтверждает Ранадив, происходит из-за временного разрыва между событием (багаж прилетел на другом самолете) и реакцией на него (авиакомпания говорит тебе, что твой багаж летит другим рейсом). Ты злишься, ты должен ждать безрезультатно у выдачи багажа, ты поклянешься больше не летать этой авиакомпанией. Соберите все данные вместе и этого не произойдет. «Сейчас мы просто отправляем тебе смску, когда узнаем о том, что багаж не на месте, - говорит Ранадив, - и обещаем доставить его прямо по домашнему адресу».

Несколько лет назад Ранадив выступил со спорным документом о том, что даже Federal Reserve (Федеральная резервная система) должна выносить свои решения в реальном времени, а не раз или два в месяц. «Все в мире происходит сейчас, в настоящем, - говорит он, – поэтому, когда определенный тип обуви не продается в магазине на углу, пройдет не шесть месяцев до того, как парень в Китае узнает об этом, это произойдет мгновенно, и спасибо нашему ПО. Мир живет в настоящем времени, а правительство все еще предпочитает «пакетную обработку». Его миссия - держать нормальную экономическую температуру, и если ты решишь вести свое хозяйство так, как это делает правительство, то раз в несколько месяцев включай или выключай нагреватель, в результате изнемогая от жары или окоручиваясь от холода». Ранадив настаивает на том, что мы должны преобразовать все экономические данные, которые использует ФРС в один большой поток, написать компьютерную программу, которая будет просеивать все эти данные в тот момент, когда они появляются в системе, и создавать немедленные, дополнительные корректировки процентных ставок и денежной массы. «Это все может происходить автоматически, - говорит он. - Посмотрите, у нас была только одна мягкая посадка со времен Второй мировой войны. В принципе, мы каждый раз делаем все неправильно». ФРС обсуждает то, что произошло несколько недель назад, так же как и авиакомпания расшаркивается и извиняется за то, что прождала 45 минут перед тем, как сообщить то, что уже знала, когда ты покидал самолет.

Стоит ли удивляться, что Ранадив посмотрев на то, как играют в баскетбол, нашел это бессмысленным? Профессиональный баскетбольный матч длится 48 минут, состоя из попеременных наступлений примерно по 20 секунд: вперед и назад, вперед и назад. Но добрую половину каждого 20-секундного сета занимают переговоры и формальности. Защитник ведет мяч, останавливается на ключевой позиции около 24 футов от корзины противника, затем начинает игру, которую команда репетировала уже сотни раз. И только когда защита вступает в действие, активно начинает пасовать и бить по кольцу. На самом деле баскетбольный матч длится примерно половину интервала, что значит целая игра вместо 48 минут проходит за 24, и все это в рамках маленького ограниченного поля. Такую игру можно сравнить с кадрилью 18-го века, ограниченной формальностями. Сторонники баскетбола говорят, что у защитников должно быть время для того, чтобы добежать до конца поля, подготовиться к приходу противника. И пока защитники комплектуются, другая команда начинает свою бессмысленную игру, повторяющуюся из раза в раз. Баскетбол – очень странная штука.

Повстанцы, однако, действовали в реальном времени. Почти каждый весенний день 1917 приносил Лоуренсу победу над турками, потому что он знал, чем сильнее темп войны, тем скорее война становится сражением на выносливость – а в нем обычно выигрывают повстанцы. «Это случилось, когда Филистимлянин поднялся и потянул Давида так, что Давид приблизился к Филистимлянину, - говорит Библия. - И он засунул свою руку в сумку, вытащил из нее камень и стал бить им Филистимлянина по голове». Это вторая часть рогатки, которая выстрелила в истории Давида. Давид нарушил ритм столкновения: он ускорил его. «Эти действия ошеломили Голиафа, введя его в легкое возбуждение и сделав доступной целью», - пишет поэт и критик Роберт Пински в «Жизни Давида». Давид давит, когда хочет победить Голиафа.

 4.

Баскетбольная команда Ранадива играла в Нациальной лиге Юниоров в дивизии 17-18 класса за Редвуд сити. Девочки практиковались в местечке Пейс, гимнастическом зале около Сан Карлос. Так как Ранадив никогда не играл в баскетбол, у него были эксперты-помощники. Один из них выдающийся футболист Роджер Крейг, бывший спортсмен, а также директор по развитию в TIBCO. Большинство его партнеров по команде сейчас ковыляют по полю для гольфа, а он пробежал седьмой марафон. После того, как Крейг подписался на работу с девочками, он пригласил в команду свою дочь Рометру, которая играла в первой баскетбольной дивизии в Дьюке и U.S.C.. Ромерту обычно назначали закрывать лучшего игрока противника, в то время как он закрывал ее. Девчонки любили Ромерту. «Она всегда была моей старшей сестрой, - говорила Анжела Ранадив. - Это так удивительно, что она играла за нас».

Стратегия Редвуд Сити была построена вокруг двух дедлайнов, которые используются при нестандартном положении мяча. Во-первых – это пас вне поля. Когда одна команда ведет счет, а игрок другой команды дает пас из-за границ площадки, у него есть всего пять секунд, чтобы передать мяч партнеру на поле. Если дедлайн просрочен, мяч переходит к другой команде. Обычно тренеры не обращают внимания на эту возможность: игроки просто бегут на свои места на площадке. Редвуд Сити считает иначе. Во время паса каждая девочка из команды закрывает того игрока, к которому прикреплена, так чтобы они не могли принять пас. Противника, сбрасывающего мяч, не закрывают, а лишнего игрока Редвуд Сити назначают вторым защитником против самого сильного из другой команды. «Подумайте о футболе, - говорит Ранадив. – Защитник может бежать с мячом. У него есть целое поле для паса, но это чертово затруднение не дает сделать передачу». Баскетбол сложнее. Маленькое пространство; пятисекундный дедлайн; мяч тяжелее и больше. Иногда противникам Редвуд Сити удавалось сделать пас за пять секунд, иногда – нет. Иногда паникующий игрок просто выкидывал мяч на поле, а иногда пас попадал прямо в руки Редвуд Сити. Девчонки Ранадива были маниакальными.

Второй дедлайн, обозначенный в правилах, требовал провести мяч через середину корта в течение 10 секунд до конца площадки своего опонента. И если противник Редвуд Сити прошел через первое испытание, то девчонки готовили ему второе. Они должны были наброситься на игрока, который ловил мяч от первого паса, и поймать его в ловушку. Анжела была одной из формирующих западню. Она бежала к игроку, простирая свои длинные руки в стороны и вверх. Может быть, она забирала мяч, может быть, игрок выбрасывал его в панике или замирал, тратя время. «Когда мы впервые начинали, никто не знал, как играет защита, - вспоминает Анжела. – Так, мой папа говорил: твоя задача охранять кого-то и быть уверенной, что он никогда не выкинет мяч на поле. Это крутое чувство, когда ты крадешь что-то. Мы должны были наступать и красть, и делать это снова и снова. Люди нервничали. Были команды намного лучше нас, с огромным опытом, но мы выигрывали».

Редвуд Сити вела со счетом 4-0, 6-0, 8-0, 12-0. Один раз даже 25-0. Они обычно получали мяч уже под корзиной оппонента, поэтому никогда не использовали дальние броски, которые редко попадают в цель. В одной из нескольких игр, которые Редвуд Сити проиграла, участвовало только четыре игрока. Но они наступали в любом случае. Почему нет, ведь потеряли только три очка.

«Нас защищает то, что нам удается прятать свою слабость», - говорит Рометра Крейг. Она помогла однажды Редвуд Сити выйти в региональный чемпионат. «Мы скрываем, что плохо бросаем издалека, что у нас не очень высокие игроки, потому что из-за нашей агрессивности мы получаем легкие пасы и легкие голы. Я честна с девчонками. Я говорю им – мы не самые лучшие баскетбольные игроки, но они понимают свои роли». 12-летняя девчонка как-то чуть не подралась из-за Рометры. «Они замечательные», - говорит она.

Лоуренс атаковал турков там, где они были слабы – на железной дороге – а не там, где они сосредоточили свои силы - в Медине. Редвуд Сити атаковала внешние пасы, ведя игру, в которой сильная команда была также уязвима, как и слабая. Лоуренс расширил поле борьбы так далеко, как позволяла площадь. Также и девчонки из Редвуд Сити: они защищали все 94 фута, наступая ногами, а не руками. Усилия замещают способности. Это баскетбол для тех, кто совсем не привык к нормальной войне, чьими преимуществами были подвижность, выносливость, нестандартный интеллект и мужество.

«Это изнурительная стратегия», - говорил Роджер Крейг. Он и Ранадив находились в TIBCO, в комнате для конференций, вспоминая про их сумасшедший успех в сезоне. Ранадив, находясь у флипчарта, изображал схему атаки Редвуд Сити. Крейг сидел за столом.

«Мои девчонки лучшие», - говорил Ранадив.

«Мы заставляем их бежать», - кивал утвердительно Крейг.

«Мы следуем традиции американского футбола на практике, - продолжал Ранадив. – Я хотел бы, чтобы они бежали, бежали и бежали. Пускай я не научил их играть, но зато они прекрасно понимают суть. Они очень устают, очень, поэтому настрой играет важную роль в нашем деле». Он повернулся к Крейгу: «Что в итоге стало нашей наградой?»

Два взрослых мужчины думали секунду, а затем счастливо, в унисон воскликнули: «Раз, два, три, Вперед». Да. Это так! Вся философия Редвуд Сити была основана на готовности работать больше, чем кто-либо еще.

«Однажды к команде присоединились несколько новых девчонок, - говорит Ранадив, - и на первой же тренировке я сказал – «Посмотрите, вот что мы будем делать» - и показал им. Я говорил - все дело в настрое, беспокоился, что они не до конца поймут наш подход. Затем мы попросили одну из девушек высказаться, и она произнесла – «Нет-нет, это не раз, два, три и вперед. А раз, два, три и быстрей вперед», - на этом месте Ранадив и Крейг рассмеялись.

В январе 1971 года Фордам Юнивесити Рамс (Fordham University Rams) играли в баскетбол против Редмен (University of Massachusetts Redmen). Игра проходила в Амхерсте на легендарной арене, известной как Кейдж, где Редмен не проигрывал вплоть с Декабря 1969-го. Звездой Редмена был никто другой как Джулиус Эрвинг – Доктор Джи, да и вся команда, в принципе, была очень-очень хороша. Фордам, в противовес, являлся сборной командой из детей Бронкса и Бруклина. Их центровой подвернул коленку в первую неделю сезона, и самый высокий игрок в команде на тот момент был ростом в 6 футов и 5 дюймов. Их форвардом – а форварды обычно также высоки, как центровые – был Чарли Елвелтон, высотой 6 футов и два дюйма. Но с самого первого свистка судьи Фордам начали атаку по всему корту и держались до конца игры. «Мы вели со счетом 13-6, и оставшееся время шла настоящая война, - вспоминает Диггер Фелпс, тренер Фордама в то время. – Это была схватка городских детей. Мы играли на всех 94-х футах. Мы знали, что рано или поздно мы их сломаем». Фелпс отправлял итальянских и ирландских парней одного за другим, чтобы сторожить Эрвинга, а они один за другим получали фолы. Никто из них не был так хорош как Эрвинг, но это не важно. Фордам выиграл со счетом 87-79.

Может ли слабый победить сильного?

В мире баскетбола есть можество историй похожих на эту, где Давид побеждал Голиафа. И все же загадка наступления в том, что оно никогда не станет популярным. Люди смотрят на подобные матчи и считают их счастливой случайностью. Баскетбольные мудрецы говорят, что агрессивное наступление может быть побеждено хорошо натренированной командой во главе с человеком, который будет отбирать мяч, в то время как все остальные должны быть предельно внимательны. Ранадив признает, что все, что следовало сделать против Редвуд Сити – это просто наступать в ответ: девочки не были достаточно хорошо подготовлены, чтобы противостоять своему собственному методу. Игра в повстанческий баскетбол - не гарантированная победа. Это просто самый лучший шанс для слабого победить Голиафа. Если бы Фордам играл с Редменом как обычно, он бы наверняка потерял 30 очков. И все же этот урок не стал примером для баскетбольных почитателей. Что делал Диггер Фелпс в следующем сезоне после победы над Редменом? Он больше никогда не использовал этот метод. Тренер Редмен Джек Леман, пораженный в своем собственном спортивном зале кучкой детей, понял ли он урок и стал ли использовать наступление в следующих играх? Нет.

Лишь один человек, который усвоил урок, был тощий маленький защитник Редмен Рик Питино. Он не играл в этот день, а смотрел, но его глаза становились все шире и шире. Даже сейчас, 38 лет спустя, он может назвать по памяти каждого игрока Фордамской команды: Йелвертон, Салливан, Майнор, Чарлес, Замбетти. «Они составляют одну из самых невероятных наступающих команд, - говорит Питино. – Пять парней ростом около шести футов. Я не понимаю, как они успевали оказываться на всей площадке сразу. Они не могли нас победить, никто не мог победить нас в Кейдже».

Питино стал главным тренером в Бостонском Университете в 1978 году, когда ему было 25 лет, и использовал методику наступления в его первом N.C.A.A. турнире еще в 24 года. Его следующей тренерской работой был колледж Провиденс: Пинито взял на себя команду, которую списали уже 11-12 лет назад. Ее игроки были коротенькие и почти бесталанные – точная копия Фордама. Они прессовали, и, в конечном счете, оказались всего лишь на расстоянии одной игры от национального чемпионата. В Университете Кентуки, в середине 90-х Питино вывел свою команду в четвертьфинал три раза и выиграл национальный чемпионат, используя наступление по всему корту, а в 2005 году он выехал на агрессивной игре в четвертьфинал, как тренер Университета в Лоусвилле. В этом году его Лоусвильская команда вошла в турнир N.C.A.A. под рангом номер 1. Тренеры колледжей уровня Питино обычно имеют множество игроков, которые выходят на профессиональный уровень, чтобы в дальнейшем стать звездами. Но за многие годы тренерства у Питино был только один такой игрок – Антони Уолкер, но это не важно: с каждым годом достижения этого парня только множились.

«Самый интересный пример победы, завоеванной с помощью наступления, был с моей командой из Кентукки в 1996 против ЛСЮ (L.S.U.)», - говорит Питино. Он находится в спортзале Университета Лоусвилля, в маленькой комнате переполненной телевизионными экранами, где просматривает записи игр опонентов. «Есть ли у нас это видео?» - спрашивает он ассистента и пододвигает кресло к одному из мониторов. Игра начинается с того, что Кентукки забирает мяч у ЛСЮ в самом конце площадки противника. Немедленно передается пас Антони Уокеру, который бросает его в корзину. ЛСЮ вновь получает мяч, и вновь Кентукки забирает его - очередной легкий бросок для Уолкера. «Уолкер сделал уже почти 30 очков после первого тайма, - говорит Питино. – Он попадал почти каждый раз, когда мы отбирали мяч, он уже бежал к корзине». Игроки Кентукки были легки на подъем и быстро бегали, они роились вокруг игроков ЛСЮ, размахивая руками. Это был хаос. Через пять минут стало ясно, что противник паникует.

Питино учил своих игроков искать то, что называется «пик состояния» опонента – тот момент, когда игрок с мячом выбивается из нормального темпа, а ЛСЮ не могли этого избежать. «Посмотри, найдешь ли ты хоть одну игру, где ведет ЛСЮ, - говорит Питино. - Ты не сможешь». Игроки ЛСЮ боролись за то, чтобы дать пас из-за площадки, и если у них это получалось, то сражались, чтобы довести мяч до середины корта, но успешно миновав эти два препятствия, они были слишком перегружены и измучены, чтобы продолжать игру так, как учили. «У нас было 86 очков к первому тайму», - продолжает Питино. Именно столько средняя команда колледжа забивает за игру. «У нас было 23 замены до конца первого тайма», - почти столько средняя команда колледжа делает за две игры. «Мне нравится смотреть на это», - говорит Питино. В его глазах появляется огонек мечтательности: «Каждый день ты мечтаешь о такой команде». Но почему только горсточка колледжей использует «метод пресса»?

Аррегуин-Тофт тоже находит эту ситуацию загадочной. Когда неудачники ведут себя как Давид, они побеждают, но это происходит очень редко. Из 202 конфликтов в базе данных Арегуина-Тофта слабые выбирали стандартный путь в 152 стачках и проиграли 119 раз. В 1809 году Перуанцы боролись с Испанцами в открытую и проиграли; в 1916 Грузия воевала с Россией честно и проиграла; в 1817 Индонезийский народ боролся с Британцами и проиграл; во время канадского восстания в 1817 Шри-Ланка воевала с Британией и проиграла; в 1823 Бирма выбрала стандартный способ борьбы с Британией и проиграла. Лист провалов бесконечен. В 1940-х коммунистический мятеж во вьетнаме терзал французов, пока в 1951 вьетнамский стратег Во Нгуен Гиап не переключился на стандартные способы войны и мятеж не потерпел поражение. Джордж Вашингтон сделал то же самое с Американской революцией, упразднив партизанскую тактику, которая так хорошо работала на колонистов. Вильям Полк пишет в книге «Жестокие политики», посвященной истории нестандартных войн: «Вашингтон направил свою энергию на создании армии Британского типа, Континентал Лайн. И как результат, он терпел поражение за поражением, пока почти не проиграл войну».

Зачем вспоминать игру «Кентуки – ЛСЮ» и длинный марш Лоуреенса через пустыню Акаба? Легче одеть солдат в яркие униформы и заставить их маршировать под звуки трубы и барабана, чем убедить идти 6 сотен миль по пустыне на верблюдах. Легче отступить и быть в сборе после каждого забитого гола, чем роиться и размахивать руками. Мы говорим сами себе, что навыки – драгоценный ресурс, а усилия – товар. Это обходной путь. Усилия могут превосходить способности: ноги, в форулировке Сакса, могут быть сильнее рук, потому что неустанные усилия более редки, чем способности участвовать в некоторых тонко спланированных инсценировках.

«В последний год ко мне приходило много тренеров, которые хотели выучить нашу тактику», - говорит Питино. Лоусвиль был мессой для Давидов, которые хотели научиться сражаться с Голиафами. «Затем они писали мне. Говорили, что не могут это делать. Они не знали, хватит ли у них запасных, не знали, смогут ли ребята», – качает головой Питино. «Мы практикуемся каждый день по два часа, - продолжает он. – Игроки двигаются почти 98 процентов тренировки. Мы говорим и обсуждаем очень мало. Когда мы что-либо корректируем, - то есть Питино и его тренеры останавливают игру, чтобы дать рекомендации, – это происходит за семисекундный промежуток времени, так что наше сердце никогда не приходит в нормальный ритм. Мы всегда работаем». 7 секунд кажутся нереальными для тренеров, которые приходят в Лоусвиль, сидят в сторонке и смотрят на эту черезмерную активность и отчаянность. Перспектива играть по правилам Давида была очень сложной, и они с радостью от нее отказывались.

6.

В 1981 году компьютерный исследователь из Университета Стэнфорда Дуг Ленат принимал участие в военно-игровом турнире «Traveller Trillion Credit Squadron» в Сан Матео, в Калифорнии. Заранее участникам был задан некий набор правил и предложено спроектировать их собственную флотилию кораблей с мифическим бюджетом в 1 триллион долларов. На выставке флотилии были представлены парами. «Представьте себе огромную аудиторию, разделенную на квадраты, и за каждым столом спорят люди, – говорит Ленат. – Победители продолжают в следующем туре, проигравшие отходят в сторону, и поле становится все меньше и меньше, а аудитория больше и больше».

Ленат изобрел программу искусственного интеллекта под названием Эуриско и решил снабдить ее правилами турнира. Ленат не давал Эуриско какие-то советы и не указывал стратегическое направление. Он не был военным игроком, а просто позволил Эуриско самой все решить. В течение месяца по 10 часов каждую ночь на сотне компьютеров Xerox PARC, в Пауло Алто, Эуриско решала проблему, пока наконец не нашла ответ. Большинство команд выставило некоторые версии традиционного военно-морского флота – массив судов разного размера, каждый из которых хорошо защищен от вражеских атак. Эуриско думала иначе. «Программа придумала стратегию траты триллиона на невероятное число маленьких кораблей с сильным оружием, но абсолютно не защищенными и не мобильными,- говорит Ленат. – Они тонули от одного поражения, но это не важно, их же очень много». Ленат выиграл турнир обходным путем.

На следующий год он снова участвовал, но на этот раз правила изменились. С этого момента флотилия не могла просто стоять на месте: сейчас одним из критериев была быстрота. Эуриско снова начала работать. «Программа вынесла вердикт, что если любой из наших кораблей будет поврежден, то он затонет сам собой – и это только повысит быстроту флота», - говорил Ленат. Эуриско снова выиграла.

Программа была слабой, а другие игроки имели высшие степени в военной стратегии и истории. Они могли сказать, как Веллингтон перехитрил Наполеона под Ватерлоо, или что в точности случилось в Антиетаме, они разбирались в Подземельях и Драконах, ведь они были инсайдерами. Эуриско, с другой стороны, не знала ничего кроме правил, и не обладала здравым смыслом. Как указывает Ленат, человек понимает смысл предложения - «Джонни ограбил банк. Он сейчас отсиживает 20 лет в тюрьме», но Эуриско не может понять его, потому что компьютерная программа понимает все буквально; она не может дополнить недостающие звенья – «Джони был пойман, допрошен и осужден». Эуриско была аутсайдером, но именно непохожесть на остальных привела программу к победе: не знание обычных правил игры стало залогом успеха.

«Искусственный интеллект доказал тот факт, что любой конечный набор правил всегда будет не полным приближением к реальности, - объясняет Ленат. – То, что делали другие участники, было наполнено информацией из реального мира, но Эуриско очень мало знала о реальном мире». Так программа нашла решение, которое, как Ленат открыто признает, «социально ужасно»: отправить тысячу беззащитных и неподвижных кораблей в битву; топить свои собственные суда в момент, когда они получают повреждения.

Это уже вторая половина повстанческой веры. Повстанцы работают тяжелее, чем Голиаф, но у них есть еще одно преимущество: они действуют «социально пугающе», изменяют правила битвы. Идеальных баскетбольных игроков отличают четкие действия и координация, но когда речь идет о преимуществе усилий над способностями, игра становится неузнаваемой – шокирующей микстурой ломаной игры, машущих конечностей, паники игроков и мяча, постоянно уходящего в аут. Ты должен быть выше норм – новички в игре или тощие дети из Нью Йорка в конце лавки запасных должны иметь наглость, чтобы играть таким путем. Джордж Вашингтон не смог сделать этого. Его мечта до войны была стать офицером Британской Армии, и, в конце концов, превратилась в красный сюртук и яркие пуговицы. Он думал, что партизаны, на чьих плечах лежала Американская революция, выше «этих грязных и злых людей»; он не смог бороться с нормами, потому что именно он был нормой.

Т.Е. Лоуренс, напротив, менее всего подходил для того, чтобы быть офицером британской армии. Он не выпускался с честью из Сандхарста, был археологом по призванию и мечтательным поэтом, носил сандалии и одежду Бедуинов, когда встречался со своими военачальниками. Лоуренс говорил на арабском, как на родном языке, и управлял верблюдом, как будто бы занимался этим с детства. Не забывайте, что Давид был пастухом, и праща с камнями были орудием его работы. Он не знал, что поединки с филистимлянами подвержены каким-то там формальным правилам типа скрещивания мечей. «Когда лев или медведь приходят, утаскивают овцу от пастуха, я должен следовать за ними и драться, рискуя попасться в когти», - объясняет Давид Саулу правила битвы пастуха.

Цена, которую платят аутсайдеры за такое легкое обращение с нормами, конечно же, - не признание инсайдерами. Почему школы лиги плюща в 1920-х ограничили допуск Еврейских иммигрантов? Потому что они были нормой, а Евреи - повстанцами, карабкающимися и прессующими, играющими по иммигрантским правилам; они вели себя «социально ужасающе». «Их достижения, можно сказать со стопроцентной уверенностью, получены благодаря неуемной энергии и амбициям», - говорит декан Колумбийского Колледжа повстанцам из Бруклина, Бронкса и Нижнего Ист-Сайда. Голиаф не просто был больше Давида, направив против него весь социум, он ненавидел соперника.

«Сначала все смеялись над нашей флотилией, - говорит Ленат. - Люди сожалели, но ближе к третьему раунду насмешки прекратились, а к четвертому соперники начали жаловаться судьям. Когда мы вновь выиграли, некоторые люди начали сердиться, и директор турнира говорил, что это будет не в духе сражения, если эта созданная компьютерной программой флотилия победит. Они утверждали, что если мы выиграем снова, они будут вынуждены остановить турнир, и я решил, что лучше всего грациозно раскланяться».

Это не удивительно, что директора турнира нашли стратегию Эуриско, выходящей за рамки приличия. Неправильно топить свои собственные корабли, считали они и были правы. Но позвольте напомнить, кто создавал эти правила: Голиаф. И позвольте напомнить, почему Голиаф их создал: когда мир играет по его правилам, Голиаф побеждает.

 7.

Проблемы на Редвуд Сити повалились в начале обычного сезона. Тренеры команд противников злились. Казалось, что Редвуд Сити играла не честно – это же неправильно прессовать по всему корту 12-летних девчонок, которые только-только начинают вступать на путь настоящей игры. «Суть баскетбола, – вторил хор диссидентов, – научиться играть в баскетбол». Конечно, вы можете согласиться, что применяя такую тактику, девчонки учатся чему-то более важному – усилия могут превосходить способности, а общепризнанные нормы могут быть оспорены. Но тренеры, подходя однобоко к оценке Редвуд Сити, не были склонны к такому философствованию.

«Был один крупный парень, который хотел подраться со мной на парковке, - говорит Ранадив. –Очевидно, он сам играл в футбол или баскетбол, и видел, что какой-то худощавый побил его в его собственной игре. Теперь он хотел надавать мне по-настоящему».

Реджер Крейг говорит, что он был поражен тем, что увидел. «Другие судьи кричали на их девчонок, ругали их. Они орали рефери: «Это фол. Это фол!». Но фола-то не было. Мы просто агрессивно играли».

«Мои девчонки были белоголовыми, – говорит Ранадив, - дочь скорее брюнетка, потому что она полуиндианка. Однажды, мы играли с командой брюнеток Западного Сан Хосе. Казалось, они рождены вместе с баскетболом, но мы опять победили со счетом 20:0. Мы просто не позволяли им выкинуть мяч на поле, и тренер сошел с ума: он начал орать на девчонок, и это понятно, что чем больше ты кричишь на них в этом возрасте, тем нервозней они становятся». Ранадив покачал головой, ни разу не повысив голос. «В конце концов, рефери просто выгнал его из здания. Я испугался и думал, что это даже к лучшему, потому что какие-то блондинки, явно не самые лучшие игроки, с легкостью делали его профессиональную команду».

В лиге наций девчонки из Редвуд Сити победили в двух первых играх. Противники третьего раунда были откуда-то из задворок страны. Редвуд Сити намеревалась играть как всегда на корте противника, но у тех были «свои» судьи. Игра началась в 8 часов утра, а игроки Редвуд Сити ушли из отеля в шесть, чтобы во время добраться до корта: отель был под холмом. Рефери не верил в «Раз, два, три, Вперед!» и, не думая, что игра на не сброшенных пасах может быть баскетболом, начал давать один фол за другим.

«Они почти фолили», - болезненно вспоминает Крейг.

«Мои девчонки ничего не понимали, - утверждает Ранадив. – Рефери давал нам в четыре раза больше фолов, чем другой команде».

«Люди шикали, - говорит Крейг. – Это было плохо».

«Разница два-к-одному - это странно, но 4-к-1 это уже вообще что-то за рамками возможного», - качается головой Ранадив.

«Но мы не теряли надежды. Еще был шанс победить. Но…»

Ранадив отозвал наступление. Он должен был. Игроки Редвуд Сити отступили и пассивно смотрели, как их опоненты наращивают счет. Они не бегали, делали перерывы и собирались в кучу после каждой сдачи, играли в баскетбол по правилам, и они проиграли – но только после того, как заставили Голиафа засомневаться в своей мощи.

Рисунки Дарьи Сумрак
Автор: Малкольм Гладуэлл   «Частный корреспондент»
27 4.9 1 1 1 1 1 (27)
Добавить комментарий


Защитный код

Статьи