Минскому соцреализму покровительствует Богоматерь.

Минскому соцреализму покровительствует Богоматерь.

Среди построек белорусской столицы города Минска можно найти самые разные стили — от готики до сталинского ампира.

Есть один негласный закон, действующий на территории Минска: в статье, посвященной городу, не стоит упоминать о необычайной, просто фантастической чистоте столицы. Иначе любой редактор с возгласом «ну, сколько можно об одном и том же!» отправит ваше творение в мусорную корзину. Но тот же редактор, придя однажды утром на работу, пробормочет себе под нос: «Вроде ночью дождя не было, а улицы так и сверкают. С мылом их что ли моют?!»

Городские службы вопросы журналистов о чистоте тоже раздражают: «Убираем! Вот поэтому и чисто!»
 
Но ведь и в Москве убирают, и в Праге, и в Киеве, а в поговорки вошла именно минская чистота. Ее отмечают все приезжие. До тех пор, пока внимание гостей столицы не переключается на архитектуру, причем здесь мнения расходятся.
 
«Ух ты!» — восклицают непривычные к памятникам соцреализма гости из дальнего зарубежья, окидывая взглядом дивный декор высотных домов, напоминающее гигантский саркофаг здание Дворца Республики и ширину минских проспектов.

«У вас здесь совсем как у нас лет 30 назад», — морщатся гости из ближнего зарубежья, рассматривая статую Ленина, фасады зданий с серпами и молотами, колонны на Домах культуры.

Все это наследие социалистического прошлого. Но как оно создавалось? В 1944 году после освобождения Минска от немцев город лежал в руинах. Даже поднимался вопрос о том, стоит ли восстанавливать его или проще построить город на новом месте.

Есть мнение, что не последнюю роль в разрешении этого вопроса сыграл «отец народов», выделив средства и повелев: городу быть. А уж архитекторы сами поняли, что быть теперь Минску или хотя бы его центру надо в стиле «а-ля Сталин» (то, что позже назовут сталинским ампиром).
   
Деталь оформления здания Главпочтамта на главной улице столицы.
Деталь оформления здания Главпочтамта на главной улице столицы, построенного в 1953 году. Минские архитекторы Король и Духан хорошо понимали, чего хочет «отец народов» и всячески способствовали развитию «сталинского ампира». 
Фото: Сергей Филин.
Так появилась главная магистраль города — проспект Независимости (бывший Сталина-Ленина-Скорины): одна из самых длинных улиц в Европе. Здесь выстроились в шеренгу «высокопоставленные» здания вроде Дома правительства. Кроме того, проспект полон всевозможных Дворцов (один из примеров — Дворец Профсоюзов) с типичными «антично-социалистическими» колоннами. При этом и жилые дома, и общественные здания главной магистрали щедро украшены лепниной и барельефами на уже упомянутую социалистическую тематику: звезды, паровозы, соответствующие надписи и призывы. Но это еще далеко не все.

Проспект Независимости необычайно широк, просто громаден, как впрочем, и все остальные проспекты Минска. На нем то и дело появляются «оазисы» аллей, с каштанами, скульптурами и фонтанами. По правую и по левую сторону проспекта, то здесь, то там возникают либо огромные парки (и это в центре двухмиллионного мегаполиса!), либо величественные площади.

Еще одна особенность — за фасадом зданий центрального проспекта практически нет милых двориков со своим микроклиматом, сотканным из солнечного света, старых деревьев и нависающих балконов. Здесь, пройдя под сводами арки, скорее окажешься в «сшитом» из каменных стен узком и сумрачном «мешочке».

Ну и, наконец, об общем эмоциональном впечатлении, которое производит проспект: представьте себе дивную смесь имперского пафоса и сентиментальной провинциальности, чиновничьей (сталинских времен) официальности и наивного желания покорить своим размахом, масштабом.

Но центр Минска — это не только проспект в стиле сталинского ампира. Стоит сделать шаг в сторону, как попадаешь в Верхний город — наследие средневековья — с его небольшими улочками, невысокими домами, костелами и церквями, мощеными двориками, замысловатыми клумбами и обилием кафе.

Чтобы рассказать о том, как возникла эта часть города, придется окунуться в глубь веков. Так что сразу станет понятно — проспект Независимости с его соцреализмом не более чем новостройка, выскочка среди древних памятников существующего тысячу лет города: ведь первое летописное упоминание о Минске относится к 1067 году.

Тогда на реке Немиге (к которой мы еще вернемся) сошлись два неприятельских войска. И была кровавая битва. Автор «Слова о полку Игореве» записал:

На Немиге снопы стелют головами,
Молотят цепами булатными,
На току жизнь кладут, веют душу от тела…


Победитель залил Минск кровью и засыпал пеплом. Но кто с кем воевал, и что делили? За Киевский престол воевали потомки князя Владимира: полоцкий князь Всеслав, которому принадлежал Минск (старшая ветвь рода) и князья Ярославичи, то есть Изяслав и его братья (младшая ветвь). Победили Ярославичи. Но радость их была недолгой. Восстание в Киеве лишило Изяслава власти, и киевский престол был передан Всеславу. Так владелец Минска полоцкий князь Всеслав на короткое время стал великим князям Всея Руси.

Впрочем, вернемся от рассказа о княжеских распрях к Минску. Через семнадцать лет его постигла новая беда: город был уничтожен войсками Владимира Мономаха, который записал, что не оставил в живых «ни взрослых, ни детей, ни домашних животных».

Третью по счету беду — многочисленные вражеские полки, взявшие Минск в осаду в 1104 году, — горожанам удалось отбить. Минск окреп и поднабрался военного опыта. Но на протяжении ближайших 30 лет город еще трижды завоевывали, палили дотла, убивали жителей до последнего ребенка.

На этом перечисление мелких, локальных военных конфликтов, в центре которых оказывался Минск, надо остановить, потому что им не видно конца и края. За свою тысячелетнюю историю город не знал и ста лет спокойной жизни! Его разрушали бесчисленное количество раз, причем практически всегда до основания. Достаточно напомнить, что через Минск прошли Ливонская война (1558–1583 годы), Северная война (1700–1721 годы), Отечественная война 1812 года, I и II Мировые войны.

С давних времен Минск называют городом мертвых или городом павших героев, чьи мечи, копья, сабли, ружья, винтовки, автоматы, равно как и кости, находят при археологических раскопках. Подобных опустошающих катаклизмов не знала ни одна из европейских столиц!
   
Частички довоенного Минска все же дожили до наших дней.
Частички довоенного Минска все же дожили до наших дней. Этот дореволюционный дом оказался «спрятанным» во дворе послевоенного здания. 
Фото: Сергей Филин.
Все это значительно повлияло на архитектуру города. Оставили на ней свой след и смена государственной принадлежности вместе со сменой доминирующей религии.

Хронологически это происходило так. Первыми государственными образованиями на белорусских землях стали Туровское, Смоленское и Полоцкое княжества (Минск относился к последнему). Религий две — язычество и христианство. Еще существуют языческие капища, но уже возводятся деревянные храмы.

Начало XIII века: белорусские земли входят в состав Великого княжества Литовского. Столицей становится белорусский Новогрудок, затем Вильно (современный Вильнюс). Религия — католицизм. В Минске строятся костелы.

1499 год: Минск получает Магдебургское право. Строится ратуша, которая будет разрушена около 1857 года по приказу Николая I и заново отстроена в 2003 году.

Середина XVI века: Великое княжество Литовское и Польское королевство образовывают новое государство — Речь Посполитую. Минск становится столицей Минского воеводства. В городе распространяется протестантизм и его течения: кальвинизм и лютеранство. Возводятся протестантские соборы. В самом конце XVI века рождается идея объединения православной и католической религии (уния). Униатство утверждают как отдельную религию. И со временем значительная часть минчан становится униатами.

Конец XVIII века: Россия, Австрия и Пруссия делят Речь Посполитую. Белорусские земли присоединяются к России, Минск получает статус губернского города, а православная религия — пальму первенства среди других конфессий.

1917–1920 годы: провозглашение БССР со столицей в Минске. Христианские боги «отменяются», церкви и костелы разрушаются. Взамен них на улицах города возникают статуи «богов коммунистических» — женщины с веслом, колхозницы, солдаты, инженеры, пионеры, отлитые в металлических сплавах или изготовленные из бетона.

Как всё это сказывалось на облике Минска? На плавно закругленных или извилисто выгнутых улицах (что типично для средневекового города) в изобилии появлялись костелы, гордо вздымающие ввысь готические шпили, и церкви, чьи золоченые маковки сияли на фоне синего неба. Через некоторое время какой-нибудь костел или церковь перестраивали в протестантский собор или униатский храм. Затем очередной враг разрушал город и на старом фундаменте, к единственной сохранившейся стене достраивали еще три, но уже в другом архитектурном стиле.
   
Красный костел назван «во имя св. Симеона и св. Елены».
Фото: Сергей Филин.
Красный костел назван «во имя св. Симеона и св. Елены» в память об умерших от болезней в юношеском возрасте двух детях Эдварда Войниловича, известного общественного и государственного деятеля и мецената, на чьи средства был возведен храм. В 1910 году костел был торжественно освящен. При советской власти в храме располагались различные учреждения культуры. В 1990 году костел был возвращен верующим, а в 2006 году здесь были перезахоронены останки Войниловича.

В итоге весь современный Минск — это причудливое смешение построек в стиле готики, ренессанса, барокко, классицизма, эклектики, модерна. Впрочем, многие из этих построек — лишь реконструкция. Последний захватчик — фашистская Германия — уничтожил здесь 80% зданий. Поэтому Минск, старинный европейский город с тысячелетней историей, имеет необычайно молодое лицо.

И все же архитектурные памятники, принадлежащие к другим эпохам, в современном Минске имеются. Самыми популярными из них по праву считаются два христианских храма.

Церковь Марии Магдалины — классическая православная постройка со светлыми стенами и золотыми маковками, утопающая в солнечных лучах и зелени (так удачно выбрано место ее возведения). Из-за этого церковь напоминает жемчужину в изумрудных створках. Впечатление усиливает «райский садик», находящийся в церковном дворе: пышно цветущие розы, сиреневые, фиолетовые, пурпурные, бордовые растения в кадках, фигурная ограда, фонтан. Контрастное сочетание неподвижных, мертвых камней, пластичной, движущейся воды и хрупких, живых цветов — очень красиво!

Костел Симеона и Елены или, как его называют минчане, Красный костел — это здание, выполненное в романском стиле с добавлением некоторых элементов, заимствованных у готики и модерна. Из-за чего величественность, присущая готике, в архитектуре костела еще чувствуется, а подавляющая человека сила и мрачность — уже нет. Вместо этого стройные башни, узкие окна, свойственная романскому стилю легкость, общая живописность делают его похожим на сказочный (именно сказочный!) замок. Сколько раз горожанам, гуляющим по площади у костела, доводилось слышать восторженные детские возгласы: «Мама, папа, посмотрите на замок! Здесь, наверное, живет минская принцесса!»

Не существует ли в городе, где две религии — православная и католическая — делят между собой значительное большинство верующего населения, конфликта вер? Еще как существует! Причем на протяжении столетий.

На улицах современного Минска часто можно наблюдать, как компания молодых людей, наслаждающихся хорошей погодой, разделяется на два ручейка, один из которых вливается в церковь, а другой — в костел (благо между ними зачастую не более 50 метров), чтобы позже встретиться и продолжить прогулку. Но все же в семьях, где отец католик, а мать православная (или наоборот) вера, в которой следует крестить детей, часто выбирается в довольно горячих словесных прениях. Так же и депутаты долго спорили, в каком стиле должна быть изображена Дева Мария на гербе Минска — в католическом или православном.

В Средние века конфликты были более острыми. Представители той или иной религии произносили вдохновенные проповеди в защиту своей веры и стремились обратить в нее все новых и новых горожан, писали жалобы, собирали средства, активно возводили или отбирали друг у друга храмы. Доходило дело и до кулаков. Исторические документы содержат массу сведений на этот счет. В 1616 году униатские монахини церкви Св. Козьмы и Демьяна подговорили подростков своей школы подраться с мальчиками из монастыря Св. Павла. В 1620 году в уличной стычке минчане-неуниаты отбили у униатов плененного теми горячего противника унии монаха Ярмоловича. В 1629 году во время крещения еврея Пинхосовича по православному обряду в церковь и находящийся рядом костел ворвалась группа евреев, протестуя против христианства и грозя спалить и церковь, и костел.

Правда, во время общих бед и напастей (войн, эпидемий чумы) представители всех религиозных течений действовали сообща, сражаясь против врага или помогая раненым и больным.

Ночной вид с моста через Свислочь.
Ночной вид с моста через Свислочь.
Фото: Сергей Филин.
 
В заключение хотелось бы рассказать о двух реках — Немиге и Свислочи, играющих свою, немаловажную роль как в истории города, так и в его современной жизни.

Немига — та самая, на которой происходила легендарная битва, — когда-то катила свои воды в центре города, но давно обмелела. Летом от нее оставалось лишь высохшее русло, зато весной река словно вспоминала свое былое полноводное величие и наполнялась водой, заливая улицы, так что жители были вынуждены доставать лодки и браться за весла.

В первой половине ХХ века было решено сделать Немигу подземной рекой, заключив ее в бетонные трубы, и тем самым избавить город от наводнений. Но река не сдалась до сих пор! Иногда во время ливневых дождей коллектор, по которому течет Немига, переполняется, и свободолюбивая река вновь выходит из своих теперь уже подземных берегов.

Последнее такое наводнение случилось летом 2004 года. Застигнутые внезапным дождем пешеходы и автомобилисты в районе Немиги уже через какой-то час к своему полному изумлению оказались по пояс (или по фары) в воде. На сушу выбирались с помощью прибывших на лодках спасателей.

Впадающей в Березину Свислочи Минск обязан самим фактом своего существования (как известно, в древности города закладывались на берегах рек). Сейчас река течет в центре столицы и придает Минску, раскинувшемуся по обоим ее берегам, то, что принято называть неповторимым местным колоритом. На восходе солнца Свислочь — излюбленное место минских художников, рисующих реку или вид с реки на Верхний город. А на закате вдоль Свислочи обожают гулять молодые (и не очень молодые) пары, трогательно держащиеся за руки. Наверное, так гуляли вдоль Свислочи влюбленные сто-двести-тысячу лет назад. Река течет, но любовь — лучшее, что есть в человеческой жизни, — из века в век не меняется.

Автор выражает благодарность Ольге Бобковой за ценные книги и не менее ценные советы, а также Артуру Клинову за предоставленное эссе «Город СОлНца».

Фото: Александр Усольцев
Автор: Светлана Смирнова
Телеграф «Вокруг Света»: Минскому соцреализму покровительствует Богоматерь
70 4.4 1 1 1 1 1 (70)
Темы история
Добавить комментарий


Защитный код

Статьи